Сезон огней. Книга вторая. Академия магии

С каждой новой секундой его поглощали отблески Тьмы, круг потихоньку начинал потрескивать, неприятный далекий перезвон откуда-то из-за границ реальности, словно предостережение, задребезжал вокруг.

Кейн слегка поморщился, ведь этот звон все нарастал, становясь нестерпимым. Невыносимым. Еще чуть-чуть и барабанные перепонки лопнут.

Но Кейн ничего не делал. Он знал, что способен это выдержать. В конце концов, он делает это не впервые.

Звон закончился внезапно. Его отголоски еще долго раздавались на многие километры вокруг.

Но Кейна это уже не волновало, ведь круг наконец-то вспыхнул черным пламенем, а в лесу поблизости, где уже давным-давно не было жизни, последние отчаянные птицы немедленно взмыли в воздух и совершили свой побег.

Вокруг не осталось никого.

Черный огонь горел не по правилам. Пламя взметалось в воздух стремительно, но соприкасаясь с этой не естественной для него реальностью, оно лишь закручивалось в небольшую воронку, осыпаясь, словно тлеющий пепел.

В центре круга стали появляться первые очертания формы.

Сначала они проявлялись бесшумно, но потом, когда не связанные между собой, на первый взгляд, видения, обрели вполне человеческую форму, по залу прокатился тревожный шелест.

Человек в круге вызывал тревогу. Сначала он пугал своими формами, своим появлением. На человека он хоть и походил, однако не был им в полном смысле. Это был лишь призрак. Но когда его облик проявился в физическом плане, панический страх, который вызывало его появление, прошел.

Ничего страшного в нем не осталось.

Это был юноша двадцати лет с темно-каштановыми волосами. Пока его глаза были закрыты, на лице с острыми чертами была запечатлена маска страданий.

Но вот уже прошла целая секунда, сравнимая со временем, за которое высыхают целые океаны, его ясные зеленые глаза озарились пробуждением, а выражение лица сменилось удивлением.

Медленно обведя взглядом зал, в котором он находился, юноша обнаружил прямо перед собой того, кто к нему взывал. За мгновение облегчение сменилось беспокойством и тяжелым бременем ответственности.

– Кейн, – узнал призрак. – Ты снова призвал меня в этот мир.

Холодные, беспристрастные глаза Кейна внезапно вспыхнули болью и тоской. Бессилие победило его на секунду-другую, но твердость и уверенность в своих силах и намерениях быстро отмели любые попытки сопротивления.

Теперь в глазах Кейна разгорались только теплота и доверие. Если не знать его, то перемен и не заметить.