Тени вересковых пустошей. Книга вторая

Топая по привычке уже минут десять по коридору, ведущему в мою комнату, я внезапно заметила на другом его конце черный комок шерсти. Он метнулся из коридора за поворотом, а потом на всех парах припустился мне навстречу. Только я обрадовалась, как Черныш, заметив меня, тут же затормозил, притворился, будто вальяжно и неспешно шел тут случайно, гордо задрал мордочку и заметил меня во второй раз как бы случайно.

– Вернулась, да? – Уже на подходе ко мне почти безразлично выдавил кот.

 – А я и не заметил, как время пробежало… что? Я не скучал! Только по рыбке! Ты, кстати, привезла?.. Нет, я не скучал! Даже не думай! Нет! Нет!!! Никаких обниманий, отстань! Я не люблю!.. Пусти! Пусти, говорю!.. Ну!.. Ну!.. Ну ладно, только чуть-чуть… все, заканчивай. Хватит ерошить шерсть! Она не просто так от природы красивая!

– Ах, Черныш! – Прижимая фамильяра к себе, вздохнула я. – Как же мне тебя не хватало.

– Да-да, пусти уже.

Где рыбка?

Моя комната осталась не тронутой. Не скажу, что я ждала погром по возвращению, просто было приятно обнаружить все на своих местах. Склянки, банки, ингредиенты на полках, метла в метелкином шкафу, чемоданы наконец-то прилетели и аккуратненько сложились друг на дружку у кровати.

Обсудив немножко «что было, пока мы не виделись», и я и Черныш рассказали друг другу о новостях, которые свелись больше к «ничего не произошло». Что тоже радовало, ведь отсутствие новостей гораздо лучше, чем плохие новости.

Правда позднее я поведала моему фамильяру о том, что рассказал Ректор и Черныш заметно удивился.

– Э погибла только год назад? – Сипло выдохнул он, словно тяжело больной бронхитом. – Но как такое возможно?!

– Сама не знаю, – покачала головой и вздохнула, плюхнувшись на кровать. – Честно говоря меня вся эта история очень расстраивает и настораживает. Что именно произошло? Почему никто не знает правды? Если бабушка была жива, почему она не связалась со мной, например? Или с ви Гретель? Или с Ректором?

Черныш, валявшийся до этого расслабленно, подобрался, сел и даже чуть нахмурился.

Некоторое время он усердно размышлял, а потом вздохнул и произнес:

– Хорошо, что этим займется теперь Ректор лично, – заключил он. – Он очень сильный маг. Если кому-то и под силу узнать, что произошло, то только ему.