Архитектор реальности

Хотя да, часто пьют его именно как чай… Мне, например, больше нравится индийский вариант масалы. А вот Ияри, например, любит арабский вариант, если память мне не изменяет – называется он керэк. Так, Ияри?

Ияри одобрительно кивнул головой.

Послышался шелест бумаги. Это Юрков перебирал на столе какие-то бумаги, задумчиво покусывая карандаш.

– Думаю, Абрам Лазаревич, что Вам либерика тоже не понравилась бы. А потом, еще два месяца назад Вы, помнится, пили только… эээ… как бы это назвать… крайне слабый чайный напиток.

Причем только бледного зеленоватого такого оттенка… И, откровенно говоря, не самого лучшего качества… Неужели знакомство с настоящим благородным чаем сорта Ассам, на Вас так повлияло? Или все же это была правильно заваренная чайная смолка? А! Я вспомнил! Это был «каркадэ»!

– Оставьте Ваши шуточки, Алекс. Мое чувство юмора выше Вашего сарказма… Каркадэ какой-то выдумали… Владимир Викторович, а как Вы оцените… Владимир Викторович, а что это с Вами?

Юрков сосредоточенно грыз карандаш.

Алекс громко щелкнул пальцами. Карл каркнул откуда-то сверху. Юрков стоял и, не мигая, смотрел в одну точку, и при этом грыз карандаш.

– Володя? Ох, как же ты не вовремя… Абрам Лазаревич, не надо… Не трогайте… Это «творческий ступор». Юрков, в настоящее время все равно никого не слышит и не видит.

– Это, случаем, не заразно? Впрочем, Вас, Алекс, ни одна зараза не возьмет, даже язва моровая… А я, знаете ли, как-то беспокоюсь о своем здоровье. Оно у меня одно и то, что есть – не сравнится с Вашим.

Да и, что тут скрывать, болеть нынче – ой, как не дешево…

В лабораторию неспешно вплыл Комов. Ворон Карл предупредительно курлыкнул откуда-то сверху.

– Здравствовать всем присутствующим… Вижу, все на местах и работают… Алекс, Ваш ворон… эээ… Карл, помнится… эээ… так вот, он мешает всем, и мне в частности. Летает по коридорам, пугает охрану… Это первое. Второе – Шлицерман. Он что здесь делает, будучи в опале и крайней немилости, вне стен своего кабинета? Третье – я не вижу Ияри.

А, все, уже вижу, доброго дня, Ияри. Четвертое – мне нужен Серго. Желательно быстро. Очень быстро. Максимально быстро. Он что-то там нашел… Существенное… Очень существенное… Пусть упакует и несет сюда… Согласно набору инструкций. И Юрков… ээээ… Алекс, а что с Юрковым?

Алекс хмыкнул.

– Андрей Севастьянович, у Юркова состояние, близкое к каталептическому ступору, так называемый «творческий ступор». Это состояние временное, мы уже привыкли.