Эротические рассказы. Насилие. Пытки. Экзекуция

Но оно появилось, стоило девушке почувствовать нечто большое в своем и без того убитом влагалище. По ногам ее текла кровь, совершенно не преставая. Из всех ее отверстия сочилось что-то непонятное: гной и кровь, слезы и пот.

– Ну что, сучка, думала, это ягодки? Нет, тварь, это были только цветочки. А ну, скажи мне, ты виновата? Ты чувствуешь себя виноватой, мразь?

Он начал пихать в нее неведомый предмет, чем оказалась средневековая игрушка для пыток. Это была груша, раздвигающаяся и меняющая свои размеры прямо во влагалище жертвы, раньше так наказывали неверных жен, а теперь, могли испытать на ком угодно.

– Ну, говори, сука, кто провинился? Скажи, что ты была плохой девочкой!

Груша продолжала раздвигать лоно бедной девушки, кровь хлынула волной, которую невозможно было успокоить.

– А может ты хочешь еще, маленькая сучка? Возомнила себя кем-то важным? А ну, проверь, она еще жива? Почему она со мной не разговаривает!

– Жива, сэр, но….

– Что «Но»? Что «Но»? Я буду истязать ее сколько захочу, она сама виновата в том, что жива! Плеть!

Удар за ударом, каждый из которых приносил ей неимоверную боль, которую она уже похоже не чувствовала, она уже ничего не чувствовала.

Она могла уже давно сдаться, груша продолжала раздвигаться, а кровотечение прогрессировать. Она снова потеряла сознание, но, к сожалению, дышала.

– Ой, мне кажется, мы забыли про твой анус, а ну-ка, – с этими словами он резко вынул грушу из ее влагалища, из-за чего кровь хлынула еще сильнее, и вставил грушу ей в анальное отверстие.

Вот тут он отыгрался по полной.

Он расширял ее все больше и больше, больше и больше, параллельно, он дрочил на ее безжизненное тело, стянутое ремнями, тем же самым и занимались его коллеги.

Столько дрочки это мир еще не видел. Они дрочили постоянно, только что кончив, они могли начать снова, гребанные извращенцы. В какой-то момент, груша расширилась настолько сильно, что Алиса, придя в себя вскрикнула и вырубилась снова.

– В жаровню ее, скоро обед!

Тут же, по приказу главного извращенца, ее запихали в аппарат, нагревавшийся все это время на огне посередине комнаты.

Если честно, казалось, что она была только рада, ведь ее наконец-то оставили в покое.

Она без сил почти заснула, успокоившись, но она не знала, что вся эта чугунная штука нагревается так, что ее при желании можно было бы сжарить прямо здесь. Она начала вертеться вокруг своей оси и издавать неистовые звуки.