Тело Милосовича

Когда фильм закончился, главврач спросил:

– Ну, коллеги, вы удовлетворены увиденным?

– Нет, – сухо ответил Бакерия, а остальные согласно кивнули. – Я хотел бы провести повторное вскрытие.

– Повторное? – удивленно вскинул брови главврач.

– Да, для этого мы сюда вчетвером и прилетели. – Бакерия обвел жестом коллег. – Или вы считаете, что нам всем очень хотелось посмотреть… – он запнулся, подбирая подходящие слова, – ваше кино?

Лицо главврача приняло оскорбленное выражение.

– Это не кино, а видеозапись вскрытия.

– Разумеется, – кивнул Бакерия. – Но мы настаиваем на проведении своего вскрытия.

– Это невозможно! – резко ответил хозяин кабинета. – Вскрытие состоялось, тело приведено в порядок, и его можно забирать. Повторное вскрытие не допускается.

– Кем не допускается? – поинтересовался Бакерия.

– Нашими правилами.

– Так измените их. Мы – не рядовые гости и случай этот – не рядовой.

– Никаких изменений! – решительно запротестовал главврач.

– Тогда мы хотели бы провести наружный осмотр тела, – изменил тактику Бакерия.

– Для чего?

– Для осмотра. Это разрешается?

Лицо главврача застыло, как у человека, перешедшего в глухую оборону.

– Нет!

Бакерия был поражен:

– Нет? Но почему?

– Потому что в этом нет необходимости.

– Позвольте это уж нам решить, есть необходимость или нет, – отрезал Бакерия. – Мы ведь не просто так сюда летели.

Его собеседник покачал головой:

– Здесь решаю я.

«Власть показывает», – мысленно усмехнулся Бакерия, понимая, что такое поведение оппонента не может быть спонтанным. Все продумано и согласовано. Трибуналу не нужен скандал, и он не хочет допустить повторное вскрытие. Затем и тело передали в Институт судмедэкспертизы, чтобы избежать прямых контактов с российскими медиками.

– Присутствует ли здесь кто-нибудь от трибунала? – спросил Бакерия.

– Это я, – отозвался мужчина лет пятидесяти, слегка заторможенного вида, сидевший у противоположной стены.

– Вы – врач? – уточнил Бакерия.

– Нет, я патологоанатом.

– Вы принимали участие во вскрытии?

– Принимал. На заключении имеется моя подпись.

– Я хотел бы поговорить с врачом, который его лечил, – произнес Бакерия.

– Сегодня дежурит другой доктор.

– А где тот?

– Кажется, у него выходной.

– Вы его неправильно лечили и довели до смерти, – резко сказал Бакерия. – Это видно по записи вскрытия.