Двойной бренди, я сегодня гуляю

Кресло отозвалось дробным скользким стуком – разболтались шарниры.

– Тянет на Шлимановскую! – Патрик потянулся и сцепил руки за головой. – Пора подумать о церемонии вручения. Ты приготовил фрак?

Лаи расхохотался и одним толчком придвинул своё кресло к креслу ирландца.

– Не думаю, что мне пойдёт фрак. Я бы ограничился чёрным костюмом. Да и тебе советую.

Коннолли вытянул ноги далеко вперёд и шутливо пнул кресло, без особых усилий вернув Лаи на его место у стола. Барнардец ловко извернулся, чтобы не угодить локтем в пульт.

– Полегче, Патрик. У тебя эйфория зашкаливает.

– Это оттого, что выпить нельзя, – сказал Коннолли, елозя собственным креслом по полу. – Ладно, на Земле мы это компенсируем.

Он прикрыл глаза.

– Первым делом, как прилетим – скотч, годиков на пятнадцать. Не это надувательство, которое продают в космопортах под наклейкой «виски». «Искусственно состаренный виски»! Это ж надо было додуматься!

Лаи сочувственно подмигнул ему.

– Ну, тот фой-ири, который продаётся в наших космопортах, тоже делают не совсем из семи сортов ягод…

– Везде одно и то же, – элегически заключил Коннолли.

 – А ты что любишь?

– Бренди, – томно сказал Лаи, и глаза его чуть затуманились явно приятным воспоминанием. – Это единственное, в чём я не патриот.

Коннолли беспокойно поглядел на монитор за его спиной.

– Слушай, Вик, а ты уверен, что ошибка исключена?

– Машина не ошибается, – беспечно сказал Лаи. – Я не домысливаю ничего сверх того, что заложено в ваши базы данных.

– Честно говоря, не очень понятно… Как, по-твоему, это совмещается – высокоточный станок с примитивным погребальным обрядом?

– А почему бы и нет? Многие народы блюдут свои традиции на любом технологическом уровне развития. Да вот взять хотя бы ваших парсов – они до сих пор скармливают своих покойников хищным птицам.

– Фу, – Коннолли передёрнуло. – Откуда у тебя такие познания о парсах?

– От попутчика на одном из обратных рейсов с Земли. Кажется, он был из Новой Зеландии.

Пока мы были в свёрнутом пространстве, он мне рассказал про свой бизнес – он, оказывается, разводит экологически чистых грифов и продаёт их парсам для погребальных нужд.

– Патрик, – позвали сзади. Голос был настолько глухой и робкий, что Коннолли не сразу сообразил, кто это может быть. Но стоило ему повернуться, как он сразу увидел Эрику Йонсдоттир.

Она стояла, как всегда, с опущенной головой, засунув руки в карманы комбинезона.