Сияющий мир. Роман-феерия

 – Все целы?

– Да целы, целы. Хотя, скажу я тебе, перепугались мы тут не на шутку. Что это было? Что на «Рассвете»?

– На «Рассвете» порядок. Думаю, Мартину ещё долго не придёт в голову пытаться бунтовать.

– Это точно, поскольку он теперь сидит под присмотром и ждёт возвращения на родную землю, где я планирую благополучно с ним расстаться.

– Чего я ещё не знаю?

– Когда мы решили, что тебя нет слишком долго, мы пошли за тобой. Но тут началось что-то невероятное: море штормило при чистом небе! Да такие волны – выше мачт! Но «Рассвет» даже не тронуло, представляешь? А потом всё закончилось, в одну секунду.

Опять тишина, и вдруг вижу – идёт кто-то. Мы присмотрелись, а это Алекс! Он прямо к нам – и всё рассказал: про Мартина, про тебя, про всё. Мы сразу на корабль, а там все как молнией поражённые. Кажется, испугались здорово.

– Точно никто не пострадал?

– Нет, нет, все живы-здоровы.

– Хорошо, – Люк перевёл дыхание. – Я и не хотел другого.

– Ты не хотел? – Ник с подозрением посмотрел на брата.

 – Люк, ты же не хочешь сказать, что ты… всё это… устроил?

Люк слабо улыбнулся.

– Это устроило море. Я только… попросил.

– Что сделал?.. Зачем?

– Иначе бы мы с Алексом не выбрались. Да и недовольных море усмирило лучше, чем молодой, неопытный капитан, – Люк улыбнулся, на этот раз весело, почти со смехом, потом снова посерьёзнел. – Мне ещё многому нужно учиться. Но на этот раз море нам помогло.

– Как ты это сделал?

Люк перевёл плечами и задумчиво ответил:

– Наверное, с помощью компаса.

– Ну и ну, – Ник изобразил притворный страх. – Не ожидал, что мой брат – укротитель стихий!

Братья Рэдиенты рассмеялись, однако в глубине души Ник и правда испытывал смешанное чувство удивления и смятения: одно дело – видеть вещие сны и совсем другое – разговаривать с морем.

Похоже, он далеко не всё знает о своём брате. Но и самому Люку предстояло ещё многое узнать о себе.

Когда команда снова воссоединилась и все недоразумения были улажены, настало время решать, что делать дальше.

Люк собрал на берегу «военный совет», в который, помимо двух братьев Рэдиентов, Дика, Уолтера, Эрика и Джека, вошли Алекс Брикмен и несколько моряков из числа тех, кто, вопреки россказням Мартина, не усомнились в своих спутниках.

– Я рад, что с вами могу говорить откровенно, – начал Люк. – Кажется, я оказался не самым лучшим капитаном, раз неоднократно вызывал недоверие команды.