Дорога мёртвых

Сония смотрела в камень и видела чёрный неподвижный лес, где деревья достают до неба или же небо лежит на остроконечных макушках древних елей тёмно-серым тяжёлым покрывалом. Она видела разинутые пасти зверей, их алчущие живой крови зазубренные клыки и горящие, как угли, глаза. Видела змей, свивающихся в клубки на дне непроходимых болот, а среди всего этого – тонкую девичью фигурку. Волосок чужеродного вещества, попавший в горный хрусталь столетия назад, задолго до рождения Лизы и задолго до рождения того, кто подарил ей проклятие некромантии, её настоящего отца, эльфа из Гильдии призывателей теней.

Огонёк свечи нервно подрагивал, и вот уже крохотная картинка в камне явила за лесом высокую стену неприступного замка, а дальше из кварцевого тумана выплывали лишь огромные серые волны или облака. Именно так очевидцы описывали Трир, самый отдалённый и загадочный город на западе. Столицу небольшого одноимённого графства, расположенную на краю света. Графства, где до сих пор царствовали старые порядки, а люди почитали в равной степени и солнечного бога Ксая, и лунную богиню Нииру.

Где в одиночку правила уже два десятилетия наследница древнего рода Агата Флеминг, та самая хрупкая женщина, что сумела дать отпор генералу Инквизиции и прогнать его солдат со своих земель. Какие только слухи не ходили о тех местах…

Сония почувствовала, как парализующий холод подступает к её шее, сковывает плечи и стиснувшие гадальный камень пальцы. Она вздрогнула, потрясла головой, отводя взгляд в сторону – и вот уже страшное видение рассеялось, и заиграли в рыжих отблесках огонька стеклянные банки с припасами и бутыли с яблочным вином.

С чего она взяла, в самом деле, будто хрустальная безделушка показывает ей будущее старшей дочери? Зачем вообще собирала ещё со времён Академии все эти эльфийские предметы: гребешок для волос, серебряную подвеску, перочинный ножичек, моток шёлковых нитей и флакончик из-под духов в форме полумесяца? Неужели всерьёз думала, что когда-то ей хватит решимости открыть Лизе правду о её происхождении? Нет. Никогда. И глупо было утешать себя призрачными надеждами на то, что через год-другой всё изменится.

Сония выбралась наверх, вернулась в дом и в который раз выглянула в окно, чтобы удостовериться, что дети в саду, все четверо. Сердце всё ещё тревожно подскакивало в груди, и это было, конечно же, нехорошо для малышки, которая принялась беспокойно толкаться в животе.