Укради меня, алый дракон

 – И войны не будет, если ты… ты…

– Отец сдаётся и отдаёт драконьему владыке меня?!

– Ради того, чтобы мы все остались живы, дочь. Не только наша семья. Наш город. Вся Теаридия.

– Но я не могу! – воскликнула я и обвела взглядом комнату.

Всё плыло перед глазами: изящная, покрытая зефирно-розовым лаком мебель, кружевная постель под облаком белоснежного балдахина, золотистое расшитое жемчугом бальное платье, свежие цветы в напольных вазах, бархатные занавеси у окон и портреты на стене.

Портрет Юлиана, где ему всего пятнадцать.

Прекрасный принц с пронзительно-синими глазами и разлётом угольно-чёрных бровей нежно и чуть насмешливо смотрел с картины прямо на меня. Теперь он мёртв, а его глаза и губы и всё остальное достанется рыбам, живущим на морском дне!

Мать рывком сдёрнула с манекена платье и сунула его мне в руки:

– Одевайся, времени на раздумья нет. Если ты не спустишься в большой зал через четверть часа, они начнут убивать людей!

– Нет, я никуда не пойду! Мама, вы не отдадите меня врагу, я лучше умру, да! Умру!

Бросив платье, я кинулась к балкону, отдёрнула занавеску.

Мои покои высоко – если прыгнуть вниз, то костей точно не соберёшь. Так и сделаю, раз родные мать и отец решили предать свою единственную дочь.

– Взять её! – крикнула королева Каталина, и у балконных перил меня настигли стражники.

– Пустите, сейчас же пустите меня! Мама, скажи им! Мама!

Вырваться из рук троих здоровенных вояк у меня не было никакой возможности – меня втащили обратно в комнату и силой усадили на кровать.

Мать стала ещё белее прежнего, но мне всё казалось, что это сон. Королеву заколдовали, стражу тоже. А я просто никак не могу проснуться.

– Ты поймёшь нас, Айри, – всхлипнула мать без слёз. – Когда станешь взрослой, ты поймёшь.

Вообще-то я ещё прошлой зимой отпраздновала совершеннолетие и была самой что ни на есть взрослой. Мне было позволено устраивать собственные званые обеды и вечера, разъезжать по городу в личной карете, пробовать вина из королевских подвалов и выбирать фасоны платьев к предстоящей свадьбе.

Старенькая няня теперь не ночевала в моей комнате, но у меня были горничная, служанка и фрейлины. Я давно стала взрослой! Но сейчас я не понимала отца и мать.

– Вы говорили, что принцесса не должна быть слабой, что слабые не становятся королевами.

– Это так, – склонила голову мама. – Но сила – это не только борьба. Иногда это мудрость.