Газетайна

В момент, когда ректор возмущается (Это секретные данные, понимаете вы, за-сек-ре-чен-ны-е, не имею я права вам их показывать!) камера должна повернуться так, что вся комната как будто опрокинется сама на себя, зритель непроизвольно должен схватиться за кресло, боясь упасть.

– Уважаемый следователь… можно вас?

– Да, конечно, мой дорогой зритель.

– А… а вот я заметил, а вы не спрашивали у отца, в каком университете учится [] … А как вы тогда узнали, в какой университет идти, и где он вообще? Или он в городе один?

– Ну, в столице у нас не один университет… – смех, – но да, вы правы, я использовал свои методы, чтобы узнать, где учился молодой человек…

Локация третья.

Книгохранилище в университете. Оно должно производить впечатление бесконечного – для этого эффекта можно использовать зеркала и ракурсы, чтобы стеллажи казались высотой с хороший небоскреб. Обязательно нужно добавить изогнутых лестниц, мостиков, переходов – в самых неожиданных местах. Лестницы будут закручиваться так, чтобы вообще было непонятно, как они устроены. Режиссер должен постараться показать книги таким образом, чтобы создавалось впечатление, что они того и гляди сорвутся с места и вспорхнут под потолок, хлопая страницами – особенно та книга, которую безошибочно возьмет с полки следователь…

– Уважаемый следователь!

– Да?

– А как вы узнали, где в библиотеке та книга?

– Не все сразу, друг мой, не все сразу… наберитесь терпения…

– Да, да, конечно же…

Локация четвертая.

У зрителя должно сложиться впечатление, что он сам входит в причудливое помещение, в котором как будто нет ни верха, ни низа, и уже непонятно, за что хвататься, чтобы не упасть, потому что падать некуда и в то же время бесконечно много куда. Зрителю будет казаться, что он видит одновременно все стороны этого помещения, причем, и изнутри, и снаружи, а само помещение как будто постоянно меняется, и там, где камера минуту назад показывала одно, вернувшись на то же место, покажет что-то совсем другое. Когда следователь войдет, несколько человек будут сидеть в креслах на потолке, и детектив невозмутимо присоединится к ним. Вообще на его лице не должен дрогнуть ни один мускул, что бы ни говорили люди (да придурошный он был… сам себя загубил… да ясен пень, нету его уже, оттуда не возвращаются… вы еще сами не поняли, во что вляпались, оттуда так просто не возвращаются, оттуда вообще никак не возвращаются, понимаете вы?).