Хотите, я буду вашим понедельником?

Чувствую, как тело подозрительно легчает, еще, еще, а куда мы снижаемся, прилетели уже, что ли, а куда мы прилетели, внизу темнота, хоть бы какой огонек, нет, ничего, вниз, вниз, вниз, куда прете, внизу же океан, куда-а-а-а-а-а-а!

Самолет с легким всхлипом врывается в глубины океана, какого черта, надеюсь, он герметичный, да на что я вообще надеюсь… легкий толчок, самолет касается дна, а какого черта они двери открывают, а какого черта вода хлынула в салон, какого черта они выпускают плавники, это точно не люди, не люди, поплыли, поплыли, извивая хвостами куда-то в коралловые города, подсвеченные фосфоресцирующим сиянием… Снова пытаюсь дышать, снова не могу, да какого черта в самом-то деле, мир сжимается в туннель с бесконечно далеким светом…

Глава третья

– …Ну а получше-то ничего придумать не могли?

– Но это правда…

– Ну да, правда, так мы вам и поверим, что самолет на дно опускается, оттуда рыбы плывут!

– Да вы сами проверьте, что с самолетом-то?

– Что, что, долетел до места, приземлился в Шляпариже, все чин-чинарем!

Не верю себе, не понимаю, кто из нас сошел с ума, я или весь мир, может, это и был их пресловутый Шляпариж…

– Ну что вы хотите, может, сбои какие… – говорит девушка за пультом, которая перебрасывала меня не то в самолеты, не то в реальности, не то вообще не пойми куда.

– А устранить эти сбои никак нельзя?

– Да вы понимаете, что разработчики сами толком не понимают, как это все работает?

– Это как они такое создали вообще?

– Ну… все больше усложняли, усложняли, вот и создали…

– Да ну вас совсем…

– Дайте-ка я гляну… – не унимается девушка, – нет, никакой ошибки, они и правда… на дне…

– Слушайте, кто из вас с ума сошел, установка эта ваша или весь мир?

– Я… я не знаю.

– Так, если мы сейчас его дальше отправим, опять какая-нибудь хрень случится или нет?

– Вот этого я вам точно не скажу.

– Ой, что с вами делать-то… ну продолжайте…

…просыпаюсь, пытаюсь понять, заснул я или проснулся, кто я на этот раз – а я и забыл, что значит быть самолетом, что значит раскрывать огромную пасть, впуская в себя толпы людей, кто-то тащит чемоданы размером больше, чем они сами, весь дом с собой, что ли, взяли, вместе с самим домом, не иначе.