Клуб «Вечное перо»

– Именно так, но дело здесь не в самих волосах мистера Pодуэлла, – Aмассиан нервно погрозил кому-то пальцем, – как генетика, меня интересует то, что содержится в этих несуществующих волосах, то есть гены гениальнейшего из писателей.

– Хотите исследовать их? – безо всякой интонации спросил Гаддам.

– Верно, – отозвался Aмассиан, – но как назло, от мистера Pодуэлла не осталось никакой генетической информации: ни волос, ни останков, ни малейшего намека на отмершие клеточки где-нибудь на воротнике белоснежной рубашки или пижамного костюма…

– Я, конечно же, плохо разбираюсь в генетике, но по-моему на личных вещах Pодуэлла не могло не остаться отпечатков его пальцев, – вставил я, – а вещи мистера Pодуэлла лежат вокруг нас в изобилии… что с вами?

Амассиан, поначалу почти не слушая меня, внезапно побледнел, расхохотался, стуча зубами, и хлопнул ладонью по столу так, что зазвенела посуда.

– Лет пять назад за такие слова вас подняли бы на смех, мистер Kендалл, – отсмеявшись, признался он наконец, – но сейчас между нашим сознанием, нашими генами и отпечатками пальцев открыта не только прямая, но и обратная связь: действительно, получив в свое распоряжение отпечатки пальцев человека, можно с точностью до атома воспроизвести его гены и его сознание, – внезапно он вскочил с места и простер над столом жилистые руки: – не прикасайтесь ни к чему, господа! Не вздумайте стирать ценнейшую информацию!

Я даже не намекнул ему, что информация на столах и стульях скорее всего давным-давно уже стерта.

– Мы победили, дорогой мой мистер Pодуэлл, – он протянул руки к портрету, – мы победили, – Aмассиан резко повернулся ко мне, – мистер Kендалл, вы подали мне гениальнейшую идею, вы… вы просто спасли нас всех, мистер Kендалл, если быть откровенными… Cэр?

Я медленно поднялся с места, глядя в глаза стоящего передо мною человека.

– Если быть откровенными, Амассиан, то вы, думаю, сможете ответить мне на один, давно интересующий меня вопрос.