Луна. Рассказанная вкратце

Вы… зачем вы убили девушку?

– Друг мой, вот скажите мне… Кому вы сочувствовали, прекрасной юной леди или шляпе?

– Сочувствовал? Да очевидно было, что леди стала жертвой этого чудовища! По всем законам книжного жанра…

– Вот именно.

Страшная догадка.

– Хотите сказать… вы на стороне злых сил? Да, хороший же из вас полицейский…

– Не спешите делать выводы. Не забывайте о синусоиде.

– Да объясните же мне, наконец, что это значит?

– Сюжет нашей книги… он выстроен не по прямой линии, а по той самой синусоиде.

Действие начинается на нуле, поднимается вверх, вверх, вверх, – до кульминации, до единицы – и опускается к нулю. И… уходит в минус. А что там в минусе, мы не видим, не знаем. Потом снова начинается действо, синусоида выходит из-под нуля. Осенняя ночь, шляпа гонится за дамой – хоп, сюжет ушел в минус, несколько страниц чистые. Новая глава – дама на приеме у важного господина открывает шкатулку и спрашивает, сколько тот хочет за её содержимое. Господин хочет убить даму, тут снова сюжет ныряет вниз…

Весьма любопытно.

И это ещё не всё. А потом нам дают вторую половину книги. И мы читаем то, что было в минусе. Для этого надо книжку перевернуть, или развернуть её как-нибудь, или наизнанку вывернуть в каком-нибудь там измерении, не знаю. И читатель понимает, что всё было наоборот, и те, кого он считал хорошими героями, на самом деле мерзавцы, а кто показался злодеем, на деле хороший малый…

– А вот оно что… а вы, значит, убиваете тех, кто показался вам хорошим.

Именно так. И вам, как моему ученику, придется делать то же самое.

– А себя вы, значит, считаете хорошим?

Шерри-Джем смотрит на меня. Вскидывает брови.

– Но…

– …считаете ХОРОШИМ, не так ли?

– Конечно.

– А на каком основании?

– Но я же полицейский…

– А что, мало историй, где в полиции мерзавцы?

– Вы думаете…

Вынимаю кольт.

Шерри-Джем вскидывает руки.

– Постойте, постойте… вы…

– Вам есть, что сказать?

– Да… нет… дайте мне время… до завтрашней полуночи.

– Ловко вы выкрутились, завтра полнолуние, ищи вас, свищи…

– Ночь будет пасмурная, нам не придется покидать луну…

Часы бьют полночь.

Взлетает стайка вспугнутых листьев, садится обратно на ветки.

Вхожу в гостиную на луне, вопросительно смотрю на Шерри-Джема:

– Слушаю вас.

– Друг мой, вчера вечером вы говорили про то, что нашу книгу можно вывернуть в четвертом измерении.

– Ну, это я так… для примера.

– А ведь вы были правы.