Дом с шести до полуночи

Вот сволочь… Да, не те времена пошли, раньше, бывало, только схватишься где-нибудь за сердце, к тебе толпами бегут, скорую вызывают, а теперь…

Да чтоб ты сама с инфарктом где-нибудь загнулась…

Иду по улице, пошатываясь, чувствую, что мне и правда становится худо – жизни осталось минут на пятнадцать. Черт… какого хрена я тянул, какого хрена не вцепился им в глотки – сразу же…

Какого…

Нет, все, не упущу, дай только выжить, дай только выкарабкаться – я своего не упущу, я…

А ведь почти упустил, еле заметил их, идущих мимо, вышагивают, целуются, от девчонки легкий дух чего-то цветочного…

Есть…

Не упускать…

Бросаюсь за ними, хватаю дамочку под руку.

– Нинка, ты какого тут делаешь? Уже хахаля себе нового отхватила?

– Тебе чего? – парень шагает ко мне, – давно бошку не отрывали?

– Лешик… ей-богу, я его не знаю… Лешик… я… – девушка хватает парня за руку, тащит за собой.

– Да погоди ты… мужик, тебя как, сразу убить, или потом?

– Да давай сразу… потом я тебя…

Мир летит кувырком…

…вытираю губы, несколько кровавых капелек падают на курточку.

Ничего, много их тут уже, засохших… Оглядываюсь напоследок, как они лежат, прижавшись друг к другу, даже после смерти – вместе.

Как всегда, разливается по телу живительное тепло.

Как всегда больно сжимается сердце. Сколько их таких было… Женщины, дети, вот такие вот парочки, у которых, кажется, все впереди, и весь мир такой прекрасный и замечательный, и…

Отворачиваюсь – иду в ночь, жизни хватит недели на две, снова две недели наедине с собой, со своими мыслями, с… Пересчитываю содержимое двух бумажников, черного, кожаного и розового, расшитого бисером.

Многонько… на кино, на выставки, на театры, на что угодно, только чтобы занять свой ум…

Только, чтобы….

Чувствую, как все переворачивается внутри. Нет… не думать…

Оборачиваюсь.

Лежат, залитые кровью, тесно прижавшись друг к другу…

Даже после смерти – вместе…

Не могу…

Не ходи туда…

Все кипит и клокочет внутри, все внутри меня буквально кричит, что я иду на погибель.

Я и сам знаю – на погибель. И все-таки иду, шаг за шагом, чувствуя, как больно сжимается сердце… наверное, так чувствует себя человек, идущий в огонь. Или человек, замерзающий в снегах… или…

Спотыкаюсь, чуть не падаю, чувствую, ноги уже не держат меня, земля подпрыгивает и покачивается под ногами. Внутри все кричит – просыпаются какие-то древние, первобытные инстинкты, древнее меня самого.