Нигдерево

– Очень сложное дело… Понимаете, один скворец ищет свой сквор.

– Что-что ищет? – удивился Здесь.

– Сквор.

– А что это такое?

– Не знаю.

– А… почему он ищет?

– Ну вот, смотрите… вот стоит дворец…

– …знаменитый таймбургский дворец, – кивнул Здесь.

– …и вот, вокруг дворца двор.

– …знаменитый таймбургский двор, – кивнул Здесь.

– У дворца есть двор. Значит, и у скворца должен быть сквор.

– Логично, – согласился Здесь.

И клятвенно пообещал мне, что если однажды увидит сквор, обязательно сообщит скворцу.

А потом меня забрали в полицейский участок.

Я так и не понял, за что.

– Кто вы? – спросили меня в полиции.

Я ответил:

– Совенок Савушкин.

И попросил, чтобы приглушили свет, потому что я привык жить в темноте.

– Постойте-постойте, если вы совенок, то должны быть Совушкин, а не Савушкин. А если вы Савушкин, вы должны быть савенок.

Я понял, что они правы.

– У кого вы украли фамилию? – спросил следователь.

– Я… честное слово, я не крал, я… наверное… я перепутал с кем-то фамилию.

– И где это, по-вашему, могло случиться?

– Ну… на вокзале где-нибудь… В аэропорту…

– Мы дадим объявление в газеты, – сказал следователь, – но этого будет недостаточно, вам самому придется искать фамилию…

Я понял, что расследование будет намного сложнее, чем мне казалось вначале.

– Не беспокойтесь, – шепнул мне Здесь, – я помогу вам…

Соль чуждых

– Дайте мне еще сутки.

Это я Мальгусу говорю.

А он молчит.

Вот это плохо, что молчит, лучше бы заорал, это он здорово умеет, орать, клокочет, кудахчет, квохчет, хлопает крыльями…

А тут молчит.

Откашливаюсь, повторяю:

– Дайте. Мне. Еще. Сутки.

Мальгус разворачивается, смотрит на меня сверху вниз:

– И который раз вы мне это говорите?

Меня передергивает.

– Первый.

– Ой ли?

Повторяю:

– Первый.

– Чтобы за сутки они от нас рожки да ножки оставили?

– Полгода всё нормально было, а теперь…

– …а теперь началось.

Мальгус нависает надо мной, большой, матерый, он может проглотить меня, если захочет.

– Друг мой, вы гуманист до мозга костей…

Сжимаю челюсти, ну, началось…

Молчу. Тут одно спасение, – молчать. И слушать. Ждать, пока Мальгус откипит своё, отклокочет.

Одни сутки, – повторяю я.

– Ну, найдете вы его, и что?

И то, думаю я.

Вслух не говорю.

Я увидел её вчера.

Нет, вру, позавчера.

Нет, снова вру. Не помню, когда.