Парочка хороших мыслей

И странно, что люди не видят, что он злой, злой же, а эта, пахнущая цветами, открывает ему дверь…

– Ну… все при всем, хозяюшка… готов ваш пасыночек…

– Чш-ш, вы тут не очень-то…

– Прослушивается?

– Да фиг его знает… но вроде бы да… чует сердце мое, нечисто тут у него…

– Ничего, живенько муженька к рукам приберете с вашей-то хваткою…

– Да тише вы при этих-то всех…

Обводит руками комнату. Я знаю, при ком при этих. Они здесь повсюду, на стенах, на потолках, маленькие, незаметные, опять же их не видишь, не слышишь, не чуешь, только знаешь – они есть, и от этого страшно…

– Ну вот… как просили…

– Мадам, что-то много даете…

– За службу хорошему человеку что бы не дать…

Ничего не понимаю, как всегда ничего не понимаю, что там делают эти, большие, высокие, живущие между двумя мирами, миром, который есть и миром, которого нет.

Чувствую только одно, там, там, за дверью злой, злой… Проламываюсь в дверь, бросаюсь на того, кожаного, вонзаюсь в горло, он пытается стряхнуть меня, как Димка пытался стряхнуть с горла кого-то невидимого, не выпущу, не выпущу, злой, злой, злой… р-р-р-р-рвать…

    2014 г.

Зараза

Знаю, что мне осталось недолго.

Боюсь не успеть.

Они уже идут сюда. Они уже приходили вчера, я обещал, что перестреляю их всех, если войдут. Вроде бы убрались. Не знаю, надолго ли.

Они вернутся. Я знаю, они вернутся, чтобы сделать меня таким же, как они. Или уничтожить.

Они не стерпят, чтобы кто-то был не такой, как они.

– Тише, пацан, успокойся… ничего тебе не будет…

Пацан делает еще один шаг к краю крыши. Мотает головой.

– Тебя как зовут? – спрашивает Чижин.

Пацан снова мотает головой.

– Не подходите. Я прыгну…

– Ты… ты устал, ты… тебе передохнуть надо… пойдем… – говорит Чижин, – посидим, выпьем…

Делаем еще шаг. Пацан неловко подпрыгивает, исчезает за краем крыши.

Затухающий крик.

Вздрагиваю.

– Охренеть.

– Вот так оно и бывает… вон что зараза с людьми делает…

Киваю.

В который раз хочу спросить, что за зараза. В который раз не спрашиваю.

Вот так оно все и начиналось. Когда я приехал в город, охваченный заразой.

Когда я еще был самим собой.

На улице натыкаемся на обугленные скелеты.

– Вот так они и умирают, – говорит Чижин, – сгорают изнутри.

– И… сколько это продолжается?

– Да полгода уже.

– Нет… от заражения и до…

– Недели две. Не больше.