Садовый вишнь

– А что, разве нет? – он вызывающе посмотрел на меня, – вы посмотрите, что теперь творится в на… вашей гостинице, от посетителей просто нет отбоя, к вам записываются на месяцы… да что на месяцы, на годы вперед, а я только и успеваю пристраивать лета!

– Лета… вот именно, лета… только… как вы думаете, летние дни стали от этого счастливы?

– Вы думаете… – он посмотрел на последний день, который вышел из своего лета, в отчаянии хлопнув дверью, бормоча – все не то, не то, не то, – и снова ринулся за дверь, пытаясь все исправить.

– Да, я думаю, – многозначительно начал я.

– …что им не хватает счастья?

– Да, я думаю именно так.

– Что же, вы подкинули мне просто замечательную идею!

– И… и о чем же вы говорите?

– …что же, я думаю, мы найдем местечко, чтобы построить еще больше комнат со счастьем…

– А, да, конечно, – кивнул я, – без меня, пожалуйста.

– Простите?

– …без меня. Всего вам хорошего.

– Постойте… куда вы? Что вы?

Я не ответил, выходя в закат последнего дня лета, мне еще нужно было найти крошечную гостиницу, подойдет даже маленький домик, где можно отдыхать на веранде в последний день лета…

– …как… как вы это делаете? – он недоуменно посмотрел на меня.

– Что делаю?

– Почему… почему они все толпами идут к вам?

– Да… я как-то сам не знаю… – ответил я и тут же задумался, что надо бы получше следить за домиком, а то вчера утром увидел пуки соломы возле стен, как бы чего не вышло…

Прощание Таймбурга

…я не узнал его сначала, и потом тоже не узнал – еще бы, сколько веков прошло, он бы и сам себя не узнал, если бы увидел, древний город Таймбург, который сейчас сидел в маленьком кафе на моей окраине и пил кофе.

Это было поистине удивительное зрелище – город, который я не видел без малого две тысячи лет, теперь сидел в кафе на моей окраине и пил кофе. Какой-то отстраненный, отрешенный, – я помнил его совсем не таким, – ярким, яростным, атакующим мои крепостные стены, готовым биться не на жизнь, а на смерть. Я смотрел на Таймбург – сначала мне показалось, что от него осталось совсем мало – но почти сразу же я понял, что что город был точно таким же, как и всегда, – та же крепость, тот же собор, те же улочки – просто то, что виделось мне огромным тысячу лет назад, оказалось совсем крохотным.

– Ну, привет, – неуверенно сказал Таймбург.