Шедевремя

– Эй! – окликает он меня в третий раз, тусклый хронофаг с проржавленным корпусом и надорванным крылом, мне меньше всего хочется показываться такому хронофагу, хоят умные люди говорят, будешь сильно выбирать, вообще без хронофага останешься, и вообще я не в той ситуации, чтобы носом ворочать…

Он смотрит на меня, придирчиво, оценивающе, почему мне не нравится его оценивающий взгляд…

– …дай мне время, – даже не просит, а требует он.

Что-то мне не нравится, что-то заставляет меня отступить в темноту проулка…

– Ты чего о себе возомнил вообще, думаешь, на твои пятьдесят четыре кто-то позарится? Ты не думай, у меня столько планов хороших…

Понимаю, что у него и правда может быть множество хороших планов, главное, дать ему время, не те жалкие дни, которые у него сейчас, а настоящее время, хотя бы несколько десятков лет, а лучше сотни, вот тогда он развернется.

Вспоминаю мудрых людей, которые учили не списывать со счетов вот такие потрепанные хронофаги, они еще себя покажут, ну и что, что в миллионе случаев ничего не получается, а вдруг это тот самый миллион первый случай…

– Да я, собственно… понимаете…

– …понимаю, стесняешься, что мало… ну ничего, у тебя хорошие года…

И почему мне снова неприятны его оценивающие взгляды и это снисходительное – ну, ничего… Почему все так и переворачивается внутри, откуда нахлынули эти гневные мысли – а ну пошел отсюда, а ну не смей трогать мое время, это мое время, моя жизнь, это я буду делать что-то важное, интересное что-то, что вы там делаете, космические проекты какие-то, даже вспоминаю что-то, чего как будто никогда и не знал – двигатель внутреннего горения…

– Я… понимаете… – чувствую, что нужно признаться во всем, здесь, сейчас, другого выхода нет, – понимаете, я хронофагов убиваю…

Хронофаг смеется – дребезжаще, звеняще, даже не думал, что хронофаги так умеют смеяться.