Шедевремя

Наш арестованный убил преступление, вот оно и появилось.

– Ничего себе… – Конь Стебль хватается за голову, – да вы меня с ума сведете… убийство, которое убили, но которого бы иначе не было, потому что если бы его не убил, то не было бы убийства, и оно бы не появилось…

– Так что вам придется отпустить меня, – кивает преступник.

– С чего это… отпустить?

– С того, что разве можно судить за убийство убийства? Тем более, я не только убил его, но я же его и создал…

Пока мы думаем, что ответить, преступник ускользает прочь из номера без комнаты, – я спохватываюсь, когда он уже теряется в лабиринте лестниц.

– Вот черт! – Конь Стебль ударяет копытами в землю, – мы его упустили, черт, мы его упустили… господин… – он поворачивается ко мне, – кажется, нам нужны ваши необычайные навыки искать не преступления, а преступников…

Книга о доме

…больше всего изумляет история о доме – она настолько поражает воображение, что одни хотят возвести автора на пьедестал, другие же с не меньшим рвением мечтают предать автора анафеме а то и вовсе самой жестокой казни.

Может быть, поэтому книга о доме не подписана, и до сих пор не известно, кто создал эту изумительную историю – создается впечатление, что она сотворила саму себя, или выпала из какой-то иной реальности, настолько странной, что представить её невозможно.

Книга повествует о доме – странном месте, где ничего не меняется, где огонь вечером горит там же, где вы оставили его утром – в каменном очаге, причем, это не пещера, а что-то другое.

Чтобы в доме лечь в кровать, нужно каждый раз проделать один и тот же путь – на второй этаж по лестнице, причем, судя по всему, имеется в виду не веревочная лестница, которая тянется на ветку дерева, а странная лестница из добротных ступеней, по которым можно идти ногами, ни за что не держась. И когда кто-нибудь покидает кровать на втором этаже, чтобы спуститься на первый этаж, где кухня (так книга называет место, где растет еда) – кровать по-прежнему остается на втором этаже.

Доподлинно не известно, что такое этот второй этаж – но чем больше вы читаете книгу, тем больше понимаете, что речь идет не о дереве, на котором люди устроили себе ночлег на одну ночь, а о чем-то большем, где хватило места и для широкой кровати с перинами и подушками, и для прикроватного столика с вечерним чаем и утренним кофе, и для гирлянды огоньков над кроватью, и даже для платяного шкафа.