Шедевремя

Прыгнуть бы в туман, да как прыгнешь, расшибешься насмерть…

…она бежит от преследователей, которые остались там, далеко внизу, она поднимается по почти неприступной скале, в которой кто-то когда-то продолбил ступени, она старается не смотреть ни вниз, ни вверх, только перед собой, благо, и туман способствует, прячет её от посторонних глаз…

…он спускается, оступается на узкой тропе, соскальзывает вниз, чер-р-рт, еще не хватало свалиться, совсем хорошо будет… осторожненько-осторожненько, еще есть шансы успеть, шансы, которые тают с каждой секундой… вот ведь черт, чем больше торопится, тем больше скользит и спотыкается, надо идти как можно осторожнее и медленнее, только как это сделать, когда внутри все буквально кричит о том, что надо спешить…

…она поднимается по неприступной тропе, соскальзывает, хватается за ступени непослушными пальцами, только бы не свалиться, только бы не сгинуть в тумане, вниз нельзя, внизу хищные орды, остается только карабкаться выше, выше, в никуда, ступенька скользит, сбрасывает дрожащую руку, она падает, хватаясь за пустоту…

…что-то внизу спотыкается и падает, он сам не понимает, как наклоняется, хватает что-то падающее, сам не понимает, как удерживается на тропинке, поднимает кого-то, смотрит на огромные глаза, непонятно как помещающиеся на крохотном личике…

…тропа ликует, у тропы получилось, в кои-то веки получилось, – смотрит на двоих, застывших на крохотной площадке на тропе.

Она выпускает жало, которое вонзается в его горло, жадно высасывает кровь, хочет отбросить от себя обмякшее обескровленное тело, – не может, закоченевшие пальцы намертво вонзились в её руку, мертвое тело увлекает её за собой в пустоту тумана…

…войско неторопливо поднимается по неприступной тропе – выше, выше, выше, – торопиться некуда, город никуда не денется, там, на вершине горы, город будет повержен, осталось добраться до него по неприступной круче.

Люди ступают по покатым камням, кто-то оступается, даже не вскрикивает, воины идут, держась друг за друга, покачиваются на поясах мечи, готовые с хрустом рассечь хрупкое горло города.

Войско поднимается выше, выше —

ночь

вторую

день

второй

ночь

день

два

час, – если есть здесь какие-то дни и ночи, здесь, в бесконечном тумане, в котором тянется и тянется бесконечная тропа, которая становится все круче и круче.