Сущность Эф

Ничего особенного, руки как руки, пробует подморозить одеяло, сам смеется своей попытке.

Выволакивает себя из плетеной постели, в изнеможении падает на пол, на переплетение ветвей, вот черр-р-р-т… Кое-как выискивает в телефоне номер, слушает гудки, только бы не провалиться в небытие, только бы…

– Слушаю вас.

Голос Фабиана. Как ни в чем не бывало.

– Э-э-э… я это… не приду…

– А что такое?

Никаких эмоций со стороны Фабиана. Совсем.

– — Э-э-э… болен я…

Что ж вы так… выздоравливайте давайте, вы нам живой нужны…

Вот так.

И ни слова о том, что было вчера, как будто вчера ничего и не было. Венкель думает – может, и правда ничего не было, вообще как такое могло быть…

5

Ветер гонит по пустыне мелкую пыль вперемешку со снегом.

Серая пустота до самого горизонта. Пустота, чуть подсвеченная звездами.

В мертвом безмолвии появляется нечто – еще робкое, еще непонятное, еще само не понимающее, кто оно и что оно. Тут же исчезает – не получилось, не сложилось, не срослось.

Думает немного – то есть, нет, еще не думает, еще нечем думать – снова проклевывается из пустоты. Теперь уже видно, что это колонна из чистейшего льда с кусочком арки и балюстрады. Замирает, будто раздумывает, быть ей или не быть, – тут же довыпускает арку, вторую, балюстраду, еще колонны, еще…

Дворец появляется из ниоткуда, думает, живет – мертвый, ледяной, но живет. Чуть погодя из небытия возникает ледяная лестница, вернее, хочет возникнуть, но что-то мешает ей, лестница так и остается – призрачная, невесомая, изогнутая в пустоте.

Что-то не пускает лестницу, что-то тормозит так и не состоявшийся город, что-то, что-то…

А вот.

В серой пустыне пробивается росток – тонкий, хрупкий, еще сам не понимающий, кто он и что он. Выпускает листочки, один, другой, третий, тянется к солнцу, ищет солнце – солнца нет. Росток уже собирается заглохнуть – что-то не дает ему погибнуть, что-то заставляет его собрать волю в кулак, выпустить ветку, одну, вторую, третью, не к месту и не ко времени – цветок.

Лед сердится, лед пытается сковать хрупкое растение. Растение тоже сердится, не хочет умирать, корнями, корнями просачивается в лед, разбивает, разрушает… Лед не сдается, лед выпускает из небытия колонну за колонной, арку за аркой, стену за стеной, лестницу за лестницей, лед уже не задумывается о красоте и гармонии своего вечного города, он старается захватить новые и новые пространства пустыни.