Виолончушь (сборник)

Я не боялся, что она меня клюнет – просто осторожничал, сам не знаю, почему. Книга тоже побаивалась меня, далеко не сразу села мне на руку. Но все-таки устроилась на запястье, позволила внести себя в дом. Бедняжка страшно вымокла, страницы разбухли, вообще любой другой на моем месте не стал бы связываться с такой книжицей. Но я не был любым другим, я не мог пройти мимо пострадавшей книги. Я бережно расправил её страницы и положил странницу на коврик возле камина – не слишком близко, чтобы книга не загорелась, но и не слишком далеко, чтобы книга могла просохнуть.

Вернулся хозяин. Я сразу почувствовал аромат крепкого чая и не менее крепкого сна. Да, этот человек знал толк в хороших снах, я понял это сразу же.

Мы выпили за встречу. Чай понемногу развязал язык мне и хозяину, разрушил какие-то невидимые границы между нами.

– Разрешите узнать… вы на каких книгах специализируетесь?

– Да, собственно… Какие попадутся.

– Прямо таки все?

В другое время я бы не стал рассказывать чужому человеку о своих планах.

Но чай действительно разговорил меня, да и крепкий сон над головой лишил меня бдительности.

– Понимаете… я ищу самородки.

– Помимо книг еще и самородки?

– Нет. Книги-самородки. Те, которые написаны не людьми…

– …а которые появились сами?

– Да.

– Это большая редкость… дикие, вольные книги.

– Да. Разыскиваю их для заповедников. Вы и представить не можете, в каком соре мне доводилось находить книги. Вот, смотрите, какой экземпляр прибился только что…

Хозяин оторопело глянул на книгу, видимо, заметил её только что.

– Самородок?

– Даже не знаю, не успел разглядеть. Видите, в каком она состоянии.

– Да, в ужасном… Но думаю, вы сможете вернуть её к жизни.

– Несомненно.

Мы поговорили так еще минут десять. Сон постепенно стал убаюкивать меня, я даже не помнил толком, как хозяин пожелал мне спокойной ночи и ушел. Последнее, что сохранилось в памяти – как книга вспархивает от камина и перелетает мне за пазуху.

Я проснулся глубокой ночью – от странного чувства, как будто кто-то смотрел на меня.

Любопытная луна заглядывала в окна, пряталась за темным силуэтом, нависшим над кроватью. Я попытался встать, но тут же был отброшен назад, а холодное лезвие коснулось моего горла.

– Нда-а, вы не вовремя проснулись… Очень не вовремя. Сопротивляться не советую. У меня есть еще и самострел. Не двигайтесь. Да не бойтесь вы за свои деньги, не нужны мне ваши деньги. А вот клеточку я конфискую.