Когда-нибудь мы будем улыбаться

Значит, он и вправду не собирался мне ничего делать.

Но уже на следующей день в школе, я смогла убедиться в его словах по-настоящему.

Я расслабилась и перестала избегать Яна. Я не чувствовала от него какой-либо угрозы. Я радовалась свободе. Я была свободной. Ян не причинял мне боли, одноклассники не причиняли боли, родители тоже этого не делали. Я была счастливой. Всего несколько дней.

В школу, я шла с отличным настроением. Пусть Сотников меня и не любил. Пусть. Я до последнего надеялась, что он тоже был в меня влюблен.

Но это было лишь мечтой. Что-то из ряда фантастики.

Прозвенел звонок с последнего урока, и я пошла домой. Я очень спешила домой. Не было никакого желания оставаться в школе лишнюю минуту. Я так спешила, что даже не заметила компанию Яна.

Резко, мое лицо встретилось с полом. Сумасшедшая боль пронзила меня, и я закричала.

Мне поставили подножку, от чего я упала, сильно ударившись носом. Эти мрази поставили мне подножку.

Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу.

Весь коридор взорвался смехом.

Все люди, стоявшие рядом, тыкали в меня пальцем и смеялись.

С огромным трудом, я поднялась и посмотрела прямо Яну в глаза. Мне даже не нужно было узнавать, кто это сделал. Я просто смотрела в глаза этой мрази. Сотников смеялся, как и все. Он подмигнул мне, от чего мое сердце облилось кровью.

Я знала, что это Ян поставил мне подножку. Я была полностью уверена в этом. Никто кроме него, не мог это сделать. Дианы и Милы не было в школе, значит, только он до этого додумался.

Я стояла посреди коридора, вытирая кровь с носа.

Оказываетс, это очень больно, когда разбивают нос. Сильнейшей физической боли, я никогда не испытывала.

Вся моя душевная боль, никогда не сможет сравниться с физической. Но черт, разбитый нос, это тоже больно. Не меньше разбитого сердца.

Кровь стекала по моему подбородку. Руки были в крови. На моей белой рубашке, красовались яркие красные пятна.

Я посмотрела на пол. Там была лужа крови. Мне стало плохо от той картины. Я ненавидела кровь.

Меня всегда тошнило, только от одного ее вида. А тут, я была почти вся испачкана кровью.

Мне не хватало простых сил, чтобы уйти оттуда. Я была бессильна, стоя посреди коридора и смотря на собственную кровь.

Мои мысли были забиты Сотниковым. Я думала об этом мерзком человеке. Он просто ужасен. Безжалостный и беспощадный. Это не человек, а мразь, тварь, редкостный ублюдок. Кто угодно, но не человек.

Размышляя о Яне, я и не заметила, как он подошел ко мне.