Няня с большой дороги

Я бросился к девице, попытался оторвать ручку от двери – не вышло. Еще не хватало, чтобы эта дура погибла под завалами. Да меня за нее посадят!

Попробовал сломать наручники – они не поддались.

Треск перешел в оглушительный грохот. От него у меня заложило уши. Я схватил девицу в охапку, прижал к себе. Она вцепилась в меня свободной рукой и уткнулась макушкой в плечо. Ее сердце бешено билось, горячее дыхание девушки я чувствовал через футболку.

Дверь задрожала и подозрительно захрустела.

– Ой, мамочки! – взвизгнула девушка.

Грохот оглушил. Обвалилась средняя часть крыши, старые стены дрогнули, но устояли.

Нас накрыло волной пыли из извести. Плотный туман повис в воздухе. Пыль оседала медленно, ровным слоем припорашивая все вокруг. Потом наступила оглушительная тишина.

Девица осторожно освободилась из моих жарких объятий. Я смотрел на нее через серую пелену пыли. Ее темные волосы стали пепельными, лицо приобрело землистый оттенок.

На мгновение показалось, что весь мир рухнул, остались только мы вдвоем. Она испуганно и доверчиво смотрела на меня.

– Вы в порядке? – я поправил волосы, упавшие на ее лицо.

Она кивнула, глядя на меня бездонными глазами цвета горького шоколада.

Я тонул в их сладком омуте.

– А вы целы? – шепотом спросила она меня.

– Да, – так же шепотом ответил ей. – Вы меня напугали.

– Я сама испугалась.

– Теперь все позади.

Она улыбнулась.

С небес на землю нас вернул окрик прораба:

– У вас там все нормально? Никто не пострадал?

Я оглянулся.

Мои строители и товарищи девицы наблюдали за происходящим с безопасного расстояния.

– Относительно, – сообщил я. – По крайней мере, мы живы.

– Ася, ты как? – поинтересовался Иванов.

– Норм, – ответила девица, отряхиваясь.

Значит, бандитку зовут Ася. Неплохое имя. Но на тургеневскую барышню из одноименной повести нашего великого классика она совсем не похожа.

Итак, мы вернулись на землю. Странное чувство лишь краем коснулось моего сердца, заставило его учащенно забиться. Все прошло. Мы снова в нашей приземленной реальности у полуразвалившегося сарая в стиле русский модерн.

– Я предупреждал, что эта халупа рано или поздно рухнет, – произнес я, совершенно неприлично отплевываясь от пыли. – Счастье, что вы не пострадали.

– Она не рухнула, – стояла на своем девица.