Олигарх с козой и девушка с косой

Все он рисовал. Я в Третьяковке видела. Но если Шишкин не нравится, пусть будет Куинджи, – покладисто согласилась Катерина. – Тоже отличный пейзажист. От его картин мистикой веет. Прямо оторопь берет. Ладно, располагайтесь, мальчики, а я пока ужин состряпаю. Душ прямо по коридору. Сейчас включу водонагреватель и будет вам горячая вода.

Александр Петрович распаковал вещи. Брезгливо осмотрел свой новый гардероб. Все сделано в Китае, и далеко не на фабрике. Швы кривые, фасон более чем идиотский. Спортивный костюм точно как у гопника.

Джинсы отвратительного покроя.

Гуров порылся в футболках и остановил свой выбор на той, где красовался зубастый медведь с бубном и надписью «Я не шаман, но в бубен дать могу». Надписи на других футболках навевали не только уныние, но и мысли о неадекватности их обладателя. Почему нельзя было купить без надписей?

В маленькой неудобной душевой кабине Гуров разместился не без труда. Сначала его окатили струи ледяной воды. Потом их сменил поток кипятка. После контрастного душа Александр Петрович взбодрился.

И порадовался, что хотя бы душ и прочие удобства расположены в доме, а не во дворе.

Яичница, приготовленная Катериной показалась Гурову пищей богов. Тонкие ломтики обжаренной буженины отлично гармонировали со свежей петрушкой и ароматными помидорами.

– Яйца деревенские, овощи с огорода, – похвалилась Катя. – Приятного аппетита, мальчики.

В углу кухни гордо выпячивал начищенные бока большой старинный тульский самовар.

– Завтра растоплю, – кивнула в его сторону Катерина.

 – Будет чай с листьями черной смородины.

– Лучше с жасмином, зеленый, – признался Гуров. – Я его предпочитаю.

– Жасмин еще не расцвел, – заметила ему Брунгильда. – Чай рабы на плантациях тоже не собрали. Придется подождать. Так что не капризничай, братик. Тебе понравится, обещаю. Все лучше, чем пакетированный. Зеленый китайский по бюджету не прошел. Как и цейлонский. Приходится экономить на мелочах.

После сытного ужина разошлись по комнатам. Спать Гурову не хотелось.

Он распахнул окно и вдохнул прохладный влажный воздух. Поздние сумерки повисли над деревней. За рекой чистыми звонкими голосами запели селянки.

Гуров прислушался к словам и очень удивился услышанному. Эротическое содержание лиричной песни заставило бы покраснеть даже искушенного ловеласа.

Над горизонтом низко повисла огромная розовая луна. Она окрасила стелющийся по лугу туман в мистический фиолетовый цвет. Катерина была права – пейзаж, достойный кисти Куинджи.