Право на измену

А сегодня суббота, можно было выспаться как следует и набраться сил. Но нет, не получится.

Она снова стояла под теплыми струями воды. И они снова не приносили ей облегчения. Когда Мира вышла из душа, то ощутила запах свежезаваренного кофе.

– Мира, доброе утро, – в коридор из кухни вышел Демид. – Хотел подать тебе завтрак в постель, но опоздал. Я яичницу пожарил. Как ты любишь, с гренками и с ветчиной.

– Я не хочу есть, – опешила Мира и настороженно посмотрела на мужа.

– Верю. Но очень прошу, составь мне компанию.

Мне надо многое тебе сказать… – неуверенная улыбка играла на его лице. Демид походил на побитого щенка. Таким Мира его никогда не видела.

Нет, ей не стало жалко мужа, но она решила, что поговорить им все равно надо. Никуда от этого не деться.

На столе стоял букет алых роз. Ее любимых, на длинных стеблях. Именно такой она вчера ударила Демида по лицу. Ударила зло, с остервенением, с ненавистью. Но это был праведный гнев. Демид это заслужил.

Но неужели он с утра пораньше купил их для нее? Давно Мира не получала цветов от мужа без повода.

Только на дни рождения и на Восьмое марта. Но это давно стало всего лишь привычкой.

– Мира, я не спал всю ночь… – начал Демид.

– Я тоже, – Мира села за стол, но не притронулась ни к кофе, ни к яичнице. Ей не хотелось есть. И уж тем более есть то, что приготовил муж.

– Я бесконечно виноват перед тобой. Я редкая скотина, – Демид опустился перед ней на колени. – Прости меня, прости, если сможешь. Я… Я не знаю, что вчера на меня нашло.

Я не должен был так поступать с тобой. Я порву с Алиской, обещаю. И никогда больше не обижу тебя. Я тебя люблю. Я не могу жить без тебя…

Он уткнулся ей головой в колени. Наверное, она должна была погладить его по волосам, заплакать от умиления, простить и все забыть. Но…

Я, я, я и снова я… Мира не верила мужу. Не могла, хотя и очень хотела. Она не чувствовала ничего, кроме брезгливости. Мира замерла и мечтала только о том, чтобы Демид встал с колен и сел подальше от нее.

– Не надо, Демид, – попросила Мира, старясь унять дрожь в голосе.

Сейчас это была дрожь омерзения, а не страха или злости.

– Дай мне шанс искупить вину… – Демид поднялся и теперь нависал над Мирой как скала.

– Я не готова говорить об этом, – Мира поднялась. Она не хотела находиться рядом с мужем ни секунды. Ей стало душно, словно он снова схватил ее за горло.

– Я буду ждать, сколько потребуется. Но дай мне возможность все исправить, дай возможность вернуть нашу любовь.