Хроники загадочного Острова, или Файолеана

Эльта пыталась запоминать дорогу, но быстро запуталась.

Полы дворцовых коридоров были покрыты мрамором и каким-то незнакомым Эльте фиолетовым камнем, а светлые стены украшены нарядными нишами, обрамлёнными позолотой, и увешаны превосходными картинами. Здесь не было ни одной несовершенной линии, ни одного неудачного сочетания цветов, и пышность нигде не превращалась в безвкусицу. Глядя по сторонам и восхищаясь красотой, Эльта даже забыла про своё волнение.

Наконец слуга привёл их в самую богатую и тихую часть дворца и остановился перед высокими двустворчатыми дверями.

Попросил подождать, а сам бесшумно вошёл внутрь. Через минуту вернулся и торжественно раскрыл двери перед ними:

– Её величество королева Гвенлиор ждёт вас.

Эльта опасалась, что зал будет огромный, со множеством придворных, – но зал оказался совсем небольшим, и королева была в нём одна. Она сидела в высоком кресле и смотрела на них с полуулыбкой. Эймер прижал руку к груди и поклонился, а Эльта лихорадочно вспоминала книгу «Полезные правила этикета и хорошего тона и первые навыки светского обращения для юных девушек», которую когда-то читала: в ней говорилось, что при встрече с коронованной особой нужно непременно сделать реверанс, и подробно объяснялось, как его делать, – вот только Эльта всё позабыла и теперь просто почтительно присела.

Королева улыбнулась, наблюдая за их смущением, и сказала:

– Здравствуй, Эймер и…

– Эльта Подер, ваше величество, – представил её Эймер.

 – Мне представилась возможность пригласить Эльту на Файолеану, и она оказала нам честь, приняв приглашение.

– Что ж, я очень рада тебя видеть, милое дитя, – сказала Эльте королева. – У нас нечасто бывают гости из ваших краёв.

Королева Гвенлиор была молода и красива – именно об этом первым делом подумала Эльта, увидев её. А когда королева произнесла несколько фраз и откинулась на спинку высокого кресла, полуприкрыв глаза, Эльте пришло в голову, что королева чем-то очень напоминает ухоженную чёрную кошку с белой грудкой и лапками.

На ней было бархатное тёмно-фиолетовое, почти чёрное платье с большим белоснежным воротником и кружевами на рукавах, но дело тут было не в одежде: и в её манерах, и в улыбке, в мелодичном голосе было что-то кошачье – грациозное, обаятельное, но всё-таки хищное, а значит, и опасное. Впрочем, королева показалась Эльте доброжелательной.