(Когда) я буду с тобой

Не ту кнопку? А какую тогда? Что?! Сам поменял кнопки? Да не может такого быть! – Раздался противный скрежет и писк. – А, ну, выходит, может. Ладно, беру свои слова обратно, болван не ты, а я.

Замок в калитке щёлкнул, и дверь распахнулась.

– Заходите, я сейчас буду.

В парадных дверях небольшого двухэтажного особняка гостей уже встречали. Седой старик с крючковатым носом в тёмно-синей ливрее чопорно поклонился и попросил подождать пока не будет подготовлена гостиная. Грегори ссадил с плеча расстроившуюся было Мирику, но грустила девочка недолго, принявшись сбивчиво рассказывать Рейки про Марка и его чудесные изобретения.

Повесив плащ в шкаф у входа, прекрасно зная здешние порядки, Логрэд повернулся к доктору.

– Он странный. Но некоторые люди просто не могут быть другими. Запаситесь терпением.

Вериа хотел поинтересоваться, что имел в виду проходчик, но механик уже появился в холле. За ним, громко стуча копытами, следовало странное восьминогое белое существо.

По слегка дёрганным движениям ног и головы можно было понять, что создание только выглядело живым, на деле являясь роботом.

– Привет-привет, я Марк, очень-очень приятно. Как ваши дела? О, а куда это вы так смотрите?.. А, это Марти. Марти, познакомься с нашими дорогими гостями. Ребята, это Марти. Марти, это ребята. Возвышенный, что я несу? Дурацкая лошадь, привязалась тут ко мне. Я же сказал тебе, иди на улицу. На у-ли-цу! Понимаешь меня? Нет? О Господи.

Нэйтан! Нат! Убери, наконец, эту безмозглую жестянку. Да, я знаю, что я сам его программировал, не смотри ты на меня так. Давай, уведи его уже. Чай и потом подать можно.

– Здравствуйте, – тихо выдохнул Рейки, первым нарушив возникшую после тирады изобретателя тишину.

Его учитель потрясённо молчал, запоздало воспринимая слова, выпаленные перепачканным с ног до головы мужчиной. Разглядывая гостей, Марк Гонтэ вытер масляные руки прямо о штаны и поправил сварочные очки на лбу.

– Лошадь? – Рэд не отрывал взгляда от восьминогой твари, которую всеми силами пытался вывести на улицу через заднюю дверь слуга.

Марк принадлежал к той редкой породе вечно юных и свежих людей, которым после двадцати пяти сложно дать какой-то иной возраст. На самом деле ему уже давно перевалило за четвёртый десяток, о чём сам изобретатель предпочитал не распространяться.