Четыре цвета бессмертия

Привратник внимательным взглядом изучал гостей. Он обменялся несколькими неразборчивыми короткими фразами с их проводником, затем, обернувшись к девушкам, сообщил:

– Сейчас весьма благоприятный момент. Вам удастся встретиться с Гейт Кипером. Можете называть его просто Кипер.

– Почему на английском? – не удержалась от вопроса Марта, которая уже начала впадать в состояние, когда перестают удивляться.

– Так уж случилось, – просто ответил этот очередной незнакомец.

– А что, когда вы нас забирали, вы не уточнили, будет ли сегодня удачный момент? – язвительно осведомилась Варвара.

Не смотря на вызывающий тон, голос предательски дрогнул, выдавая ее страх. Обычно она не позволяла себе проявлять подобные эмоции публично, даже перед Мартой. Но, похоже, близость представителей темной расы подорвали ее оборону. С другой стороны, в глубине души она наверняка была в восторге. Это же Гнездо.

– Все так быстро меняется, – пожал плечами их спутник. – Может быть три хороших, два плохих момента, и все за один час.

Привратник остался стоять на своем посту, а их провожатый пригласил девушек внутрь. Марте уже начало казаться, что в мире не бывает коротких путей. Всё было долгим, очень долгим или невыносимо долгим. В том числе и ожидание странной встречи с кем-то под загадочным именем Гейт Кипер. Хотя вряд ли это настоящее имя, конечно.

Погрузившись в свои мысли, она не заметила, как вампир вывел их в большой зал. Стен и потолка почти не было. Тонкие, прихотливо завитые линии арок, потолок из переплетения окружностей, которые опирались на казавшиеся чрезвычайно хрупкими колонны.

Эта комната походила на гигантский кокон шелкопряда, подвешенный в полном мраке. Он будто парил между невидимыми стенами, не освещёнными ни одним светильником . Узкая лента лестницы, белеющая в темноте, соединяла коридор, из которого они вышли, и залитый светом ажурный павильон впереди.

В зале неожиданно раздался смех.

Гостьи вздрогнули и замерли неподвижно, практически перестав дышать.

– А, вот и он. – Голос их безымянного спутника звучал уже несколько иначе. В нем больше не было той лёгкой незлой снисходительной, почти дружелюбной усмешки. Теперь он казался отстраненным и далеким, словно его обладатель хотел бы оказаться в другом, более комфортном месте. Марта удивилась, но вот эта реакция выглядела куда более искренней, чем весь прежний моно-спектакль. Девушка не могла точно сказать, откуда это взяла, но задуматься она не успела.

8..