Четыре цвета бессмертия

Похоже, не только Марту выводила из себя манера этого человека вести разговор.

– Нас интересует, скорее, само Гнездо.

– Из соображений научного любопытства? – сарказм придал ей немного сил, как всегда.

– Можно и так сказать. Эта тема ведь не входит в категорию «запретных»?

«Для чего они думают нас туда возили, интересно?» – последнее слово в его вопросе вызвало какие-то неприятные ассоциации. Однако, вампиры не взяли с них каких либо клятв и обещаний. Конечно, тайна личной беседы – вещь вполне естественная.

Но в случае необходимости держать в секрете прочие детали поездки, кто-нибудь из посыльных или провожатых наверняка их проинструктировал бы.

– Вы, главное, не волнуйтесь. Эдвард в курсе нашей беседы. Мы не какие-нибудь тайные агенты, – улыбнулся здоровяк.

– Эдвард? – Марта аж встрепенулась. – Откуда вы его знаете?

– Как откуда? – Савелий Гавриилович коротко засмеялся. – Мы с ним много работаем. Он же представитель в Алом еще с момента подписания первого договора.

Образ работающего Эдварда на секунду взбудоражил ее воображение своей невероятностью, но не было времени отвлекаться от текущей беседы. Что-то в словах этого приветливого человека напротив не клеилось. Марта чувствовала: он явно лукавит, но вот что именно не соответствует действительности пока сказать не могла.

– А, тогда ладно. Спрашивайте.

С этого момента беседа приобрела деловой характер. В целом их разговор вращался вокруг примерных размеров Гнезда, количества зданий, технологий, с которыми девушки столкнулись, и все в том же духе.

Марта кое-как описала то, что видела. В душе она была уверена, что, если вампиры хотят что-то скрыть, они это скроют. Не зря же эти люди, судя по их вопросам, даже с военных спутников не могут получить нужную им информацию.

Пока Польский задавал вопросы, а его напарник шуршал ручкой, в голове возникали какие-то посторонние мысли. Эти двое казались ей странно парочкой. Здоровяк смахивал на представителя силовых структур, какого-нибудь бюро безопасности или спецслужбы, а Корышев был каким-то мутным.

Он не походил ни на чиновника, ни и на следователя. Для ученого слишком цеплялся за правильность названия организации. В представлении Марты, люди науки не зацикливаются на точности административных формулировок, их больше свои термины и теории интересуют. То, как он поправил напарника, как сейчас записывал ее слова – было в этом что-то неприятное. Как будто тебя анализируют.