Девочка-лиса

Но Йон утверждает, что ничего, похоже, не пропало.

– На двери не было никаких следов взлома. Я проверила, когда входила, –  произносит Эйр сквозь стиснутые зубы.

– Дверь могла быть не заперта. Не такая редкость в этом районе.

– Или она впустила в дом кого-то, кого знала.

Эйр вполне может быть права. Тот факт, что ничего не украдено и дверь не повреждена, указывает на одно –  преступника надо искать среди близких знакомых жертвы. Есть надежда, что выяснить, кто же здесь побывал, удастся сравнительно быстро.

– С другой стороны, все ведь случилось поздней ночью? –  продолжает Эйр свои рассуждения. –  Кому, блин, придет в голову навещать старушку-пенсионерку посреди ночи?

– Дама, живущая по соседству, сказала, что часто видела по ночам синий отсвет у них в окнах. Мари-Луиз подолгу не ложилась и смотрела телевизор сильно за полночь. Может, это был тот, кто знал, что она не спит в такое время?

– Хорошо. Но эта ее соседка ничего не видела и не слышала сегодня ночью?

– Не больше того, что сейчас видим мы.

И никаких других свидетельских показаний у нас пока нет.

Санна медленно подходит к дивану. Перед ее глазами чудовищная картина произошедшего. Мари-Луиз Рооз, тщедушная семидесятичетырехлетняя старушка, лежит, свесив одну руку с дивана, другая ее рука вытянута вдоль тела. На ней синее кимоно, которому, похоже, много лет. Шелковая ткань с вышивкой нарядным покрывалом укутывает тело. Лишь на груди кимоно грубо порвано: некий острый предмет насквозь продрал ткань и человеческую оболочку.

Кимоно стало сосудом, наполненным темной жижей.

На горле зияют две раны. Одной, глубокой и протяженной, жертве перерезали горло. Другая, покороче, пересекает первую под углом. Крестом.

Серо-сизые волосы Мари-Луиз обрамляют лицо. Кожа бледная и бескровная. Лоб высокий, изборожденный мелкими морщинами. Щеки ввалились, словно из нее выкачали весь воздух. Волевой подбородок отбрасывает острую тень на израненное горло. Глаза плотно сомкнуты.

Санна бросает взгляд на телевизор, стоящий напротив дивана.

Рядом с ним лежит раскрытая коробка от диска. Документальный фильм о певице Алис Бабс «Алис и я».

– Я не стала осматривать ее без тебя, –  поясняет Эйр и направляет свет фонарика на лежащее тело. –  Приступим?

Санна кивает. Эйр осторожно подходит к дивану, переставляет одну из пластиковых панелей и встает на колено перед свисающей с дивана рукой Мари-Луиз Рооз. Склонившись над ней, она светит фонариком на кисть руки.