Победы не будет. Апокалипсис

Вдруг ни с того ни с сего, фигура с лёгкостью пера, чуть воспарила над полом, и, пристально прожигая мёртвым взглядом маски – ужаснувшегося, начала плавно сближаться со столом, буквально и насквозь пролетая мебель…

– Мы…, – прошипела она голосом нежити уже находясь в четырёх шагах. – Не потерпим недосказанности…, – положив сухие, явно нечеловеческие пальцы, что показались из-под широких рукавов на стол, она – наклонилась, заглядывая в его глаза «будто на прямую, в душу». – Не играй с нами…, – она застыла совсем рядом с его уже посеревшим лицом.

– Нет, – вывалилось «подобно камню» слово с его мыслей. Тело содрогалось в изредка накатывающих криогенных волнах непонятного ужаса. – Нет. Я не чего не таю от вас, – закачалась его грудь, когда судороги отпустили его лёгкие. – Я не сомневаюсь в…, – не успел он закончить начатую фразу.

– Сомневаешшшшся…, – буквально выдохнула она.

Магистрат, будто почувствовал дыхание самой смерти, хотя он понимал, что это всего лишь иллюзия.

– Я боюсь.

– Чего же ты боишшшшся?..

– Того, что их сила слишком крепка. Мы не успеем начать, как они нас уже – подавят, на корню. А после, всех старших – казнят, или сошлют. Но скорее всего – первое, – «подобно камню» он застыл в неподвижной позе с гримасой истинного страха. Смотря в её мёртвые черные глаза, «подобно зачарованному».

– Ты смеешь сомневаться в насссс?.. – её голова слегка, но очень плавно наклонилась к правому плечу.

На этот раз, Магистрат решил промолчать, так как она – его, воистину загнала в тупик.

– Готов ли ты, заплатить цену?.. Непомерную, цееееенуууууу…, – жестоко выдохнула она, и снова переложила свою голову к другому плечу «словно считывала» его по отражениям сетчатки в уже содрогающихся глазах.

– Так…, – какое-то не хорошее и отчаянное удивление мелькнуло в его глазах.

– Непомерная ценааааааа…, за бесценный олиииииимп…

Миллергардо ожидал высокой цены, но – не на столько! А вот напряжение в его теле возросло на столько, что местные судороги начали пробивать его тело подобно электрическим разрядам.

– Я…, – слегка подкосило его спазмом боли в правом боку.

– А что же ты думал?.. Как же ты хотел? Не чего не даётся дааааром…, – продолжала она раздавливать его морально «подобно безжалостному, бездушному, холодному прессу».

– Я…, аааххххааап, – как-то не хорошо склонившись, жадно вдохнул он.