Лаки, девочка-кошка

Спустя несколько секунд всё выглядело, как прежде: ночная опушка, пустынное шоссе.

Из-за поворота тихо выкатился гоночный мотоцикл с незнакомцем. Он поглядел вслед удаляющемуся скутеру и снял свой блестящий чёрный шлем.

Под шлемом обнаружилась вихрастая, пепельно-белая шевелюра, и задумчивое лицо с проницательными серыми глазами. На скулах парня были начертаны две черные полоски, которые немного напоминали боевую раскраску индейцев.

– Ну вы даёте! – Миро покачал головой и хмыкнул. – А ты, Року, только попадись мне! – пробормотал он.

 – Узнаешь, как без разрешения сигать через порталы!

Он завел мотоцикл и с разгону рванул прямо в чащу. В том самом месте, куда прыгнул лисёнок, мотоцикл и парень нырнули в пустоту и исчезли, подняв волну мерцающей ряби в воздухе.

Это мой мир

Автозаправка «У Большого Гасса» с магазинчиком и кафетерием, где жила чёрная кошка Лаки, располагалась рядом с оживленной трассой, прямо на въезде в уютный курортный городок Синяя Бухта.

Девочка едва успела поставить скутер на стоянку, как из-за кромки деревьев выглянули первые лучи утреннего солнца.

Лаки бросилась за угол, скрываясь от случайных взглядов. Ей вовсе не хотелось, чтобы кто-нибудь увидел, как она превращается в кошку.

Дверь придорожного кафетерия отворилась и на порог вышел Гасс, пятидесяти семилетний мужчина с седыми байкерскими усами и бородкой. В руках он держал дымящуюся кружку со свежесваренным ароматным кофе.

– Лепота-а-а!..

Гасс с удовольствием вдохнул свежий утренний воздух и повертел головой по сторонам.

– Эй, Лаки! – деловито позвал он густым баритоном.

Из-за угла показалась юная чёрная кошка и вздернув хвост трубой, побежала навстречу хозяину.

– А, вот ты где! Опять дома не ночевала, проныра маленькая! – Гасс склонился и потрепал её за ушком. – Ну, давай, беги, завтрак ждет!

Он приоткрыл дверь и Лаки устремилась к тарелке, которая стояла в глубине обеденного зала.

Конечно, будь сейчас Лаки человеком, она бы предпочла поджаренные тосты с маслом и джемом, которые по утрам делал для посетителей Гасс, однако, ничего не поделаешь: кошке – кошачья еда! Но и свежая рыба показался ей особенно вкусной после ночных приключений!

Пока она заправлялась, Гасс решил обновить надпись на большой грифельной доске, висевшей над стойкой.

Это был ритуал: каждую неделю он писал мудрую цитату или меткое крылатое выражение, которая «делала» атмосферу во всём кафетерии.