Они выбирают нас сами

Мальчишка был очень темпераментным, но так как собак у меня до этого не было, я не понимала как мне себя с ним вести.

Однажды мой муж, приехавший к нам в гости стал свидетелем того, как я кормила щенка, и он рычал. Думаю, он не удивился, потому как собак в нашем доме не было никогда. В этот день мы повздорили с ним, и Ангел погрыз его новые ботинки. Защитил маму! Это были первые и последние ботинки, когда он что-либо погрыз, потому что он больше у нас ничего не грыз. Чуть –чуть ножки стола на кухне не считаются…

Зато Ангел обожал мои блинчики.

Он приходил ко мне на кухню и лежал в ногах, выклянчивая вкусный блинчик.

Однажды его вырвало этим блином и с тех пор экспериментов с блинами мы больше не проводим. Колбаска и сырок со стола, – другое дело. Колбаску очень любил, особенно с сыром.

Первые месяцы мы привыкали друг к другу и радовались тому, что мы, наконец есть. Ангел ждал момента, лишь бы улечься ко мне на ноги. Стою мою посуду, -лежит в ногах, сижу за компом, -лежит, свернувшись калачиком и наблюдает за мной.

Сынуля всегда был рядом, мог поиграть с ним, а кормила и купала я. Стригла когти, расшатывала молочные зубки тоже я. Ангел боялся расчески. Не любил щетку, хотя там и расчесывать особо еще было нечего. Мы купили все необходимое для него. У нас был даже фурминатор, которым мы пользовались только один раз и то по незнанию.

Оксана нас всячески поддерживала советами и морально. Мы часто звонили ей, чтобы узнать правильно ли Ангел питается, почему кусает больно руки и когда перестанет рычать во время еды.

Оксана улыбалась и говорила, что нужно с ним быть строже и не баловать.

Как–то сижу в кресле за компом. Приходит Ангел и садится напротив. Смотрит мне как всегда, в душу, своими уже темными, коричневыми глазами. Я долго не могла отвести от него взгляд и он мне напомнил кого-то очень знакомого и родного человека. Я тряхнула волосами, закрыла глаза, потом открыла, Ангел продолжал смотреть на меня в упор, как тогда…

И вдруг перед глазами возникает образ папы. Ангел смотрел его глазами, он буквально посылал мне флюиды отцовской любви, которой не хватало мне все эти годы после смерти папы.

Я ведь всегда была папиной дочерью. Самой младшей в семье и мне кажется баловали меня больше всех. Папа любил и баловал. Даже после своей смерти послал мне Ангела Хранителя. Спасибо тебе, папочка. Ты всегда в моём сердце и в моей памяти!

Слезы навернулись сами собой, Ангел всё понял и уткнулся мне в колени мокрым носом. До сих пор так делает.