Эксклюзивный контракт

Я слышу короткие гудки и вижу в дверном проёме ухмыляющуюся маму, довольно потягивающую пиво. Четвёртая отрицательная закипает в моих жилах. Вдарить бы этой банкой о её лицо… Господи, стоп, нельзя такое думать! Убрать, убрать… удалить. Она просто больной человек. Просто больной человек, который умеет прикидываться здоровым. Надо просто вылить бутылку вина из серванта, пока она и до него не добралась.

Я механически иду на кухню, открываю сервант, достаю штопор. Она ходит за мной. Молча наблюдает.

Я открываю вино, она смотрит.

– Что ты делаешь?! – не выдерживает она и, отставив пиво, пытается схватить меня за руку. Я не реагирую. Я просто стараюсь отгородиться от неё второй рукой. Блокирую спиной. Я не смотрю на неё. Чувствую, как она начинает колотить мне по спине. А у меня сегодня был хороший день (пытаюсь абстрагироваться). Прекрасный был день. Можно сказать, я выиграла в лотерею. Целый миллион. Точнее – два миллиона!

Вино вылилось до конца и, обернувшись на свою мать, я увидела залитые кровью глаза.

– Значит, провела врачебную комиссию, – спокойно говорю я. – Но ничего, я найду клинику, из которой тебя не выпишут. Теперь, я могу себе это позволить.

– Ты что это, угрожаешь мне? – несколько теряется мама. Её злоба по вылитому вину уходит на второй план.

– Нет мам, я о тебе забочусь, – делаю акцент на последнем слове.

– Ишь, заботиться она. Лишь бы мать упрятать в какую-нибудь лечебницу! Заботливая какая.

– Вся в тебя, блин!

– Хрен тебе. Буду с тобой жить. Завтра на работу пойду устраиваться. Миша сказал, что тут как раз дворника ищут. Пойду двор подметать, пусть тебе стыдно будет.

– А Миша, это собутыльник твой?

– Сосед твой, между прочим.

– Ну давай, давай, мам. Устраивайся. Не будет же он тебя вечно угощать.

Сама ухожу в комнату и захлопываю дверь.

Достаю из сумки телефон и закидываю её под кровать.

Пишу Сергею смску: «Можем поговорить?» и лезу гуглить платные клиники лечения от зависимостей.

Сергей звонит.

– Алло, – отвечаю негромко.

– Ты не одна? – сразу догадывается он.

– Нет.

– А с кем?

– В смысле?

– В прямом. Если у тебя есть какой-то ёбарь, то меня это не устраивает.

Да кем он себя мнит вообще?! Хозяином рабыни Изауры?

– Да нет у меня никого, с мамой я.

– А… – отвечает он, словно не в курсе, что люди ещё могут жить с родителями.

– Я по поводу завтра.