О верности крыс. Роман в портретах

Только вот под название «госпожи» ни один из них не подходит. Гоор? Этот мельче плавает…

– А уровень учеников какой? Фехтовать учились или нож в руках не удержат?

– А примерно, как у меня. Фехтовать не учились, – мальчишка прямо посмотрел мэтру в глаза, – но ножи в руках держим крепко.

И ножи, и кастеты, и дубинки. Мэтр задумчиво глядел на собственную поясную бляху.

– Ты же понимаешь, парень, как рискуешь, – сказал Ошта. – А если я тебя сейчас к стулу прикручу да позову коричневых?

– И что вы им скажете? Что вор залез?

– Залез, – кивнул Ошта.

 – Серебряные ложки крал, а тут я. Думаешь, не найдут способ узнать, на кого работаешь?

– Не работаю я! – возмутился Дзойно. – Я фехтовать хочу, а меня к мэтру ни в какую не пускали, сколько я Сиде ни нудил! Вот кухарка у мэтра – что надо, и тётку мою покойную знала! А я в школу хотел – ну и пришлось в окно лезть, раз в дверь не пускают!

«Хорош, засранец!» – одобрительно думал Ошта, грозно хмуря брови.

– Собаку отравил. И клинков на тебе, как блох.

– Не травил, а усыпил; тётка мастерица была по травам, вот и меня научила. А клинков, – он усмехнулся, – я специально для такого дела никогда и не имел вовсе, откуда? Один только нож и есть, от бати-покойника.

– Ладно, шельма, – махнул рукой Ошта. – За кем бы из больших рыб ты ни плавал, а я присягу давал. Я роду императорскому ол Истаилле служу, как дворянин, и на подводников работать не стану. За вами Кеил, за мной Таго. Так… своей госпоже и передай.

– Передам, мэтр.

А она просила передать, что против Его Величества Нактирра пальцем шевелить не станет, потому что проще подождать, пока сам помрёт. А если вы откажетесь, то всю жизнь потом будете знать, что других таких учеников, как кхади, у вас не было и не будет никогда.

Дзойно поклонился и шагнул к окну.

– Надумаете, – добавил он через плечо, – второй тагал[8 - тагал – дорожный алтарь в форме высокой трёхгранной призмы на приземистом пятигранном основании. На каждой из граней верхней призмы изображение весов Тиарсе (крест из горизонтального вытянутого овала и вертикального узкого ромба).

Также мера расстояния: от 9,5 до 13 км в разных районах.] на Лорской дороге, в двадцать шестой день этой луны, за час до заката.

И канул через подоконник.

Ошта сидел в кресле неподвижно и смотрел, как на стенах, обитых бледно-голубым шёлком, гаснут квадраты заката в сизой сетке тени от оконного переплёта. Шёлк был древний, чуть не как сам дом.