Городской детектив. Штопая сердца

Глафира улыбаясь зашла на кухню и остановилась на пороге:

– Мама?!

– Проснулась? – с улыбкой обернулась к ней женщина, так словно она не так давно не уехала в Швецию и так, будто они общались только вчера, хотя на самом деле с момента её отъезда они едва ли перекинулись парой слов. – Давай быстро в душ, а я пока на стол накрою.

– Мама, но как?

– Было сложно, – вздохнула женщина, – знаешь все эти почтовые фургоны, нам постоянно приходилось менять лошадей.

– Мама, что ты городишь?

– А ты? – невозмутимо проговорила Людмила.

 – На самолёте, конечно. Риелтор нашла покупателей на нашу квартиру. Можно оформлять сделку, поэтому спешно пришлось вернуться. Раечка сказала, что ты теперь здесь живёшь.

– Ну да. – Глаша подошла к маме. – Прости меня, мы с тобой как-то нехорошо попрощались.

– Воробушек, – мама отложила тефлоновую лопатку и отодвинула сковородку с плиты, – ты мой ребёнок и я, конечно, тебя простила уже давно. Мне страшно за тебя, мне грустно, что ты остаёшься здесь, но я с этим смирилась.

В своих мечтах я буду рисовать, что ты скоро одумаешься и приедешь жить к нам.

– Значит, ты не против? – еле слышно проговорила Глаша.

– А когда это имело значение. – женщина вздохнула. – Воробушек, лети в душ, позавтракаем и нужно двигаться по делам.

Глаша чмокнула маму в щёку и только развернулась, чтобы направиться в ванную комнату, как в кармане халата зазвонил телефон.

– Да, Кирилл. Привет.

– Привет. Дела не очень хорошие.

 – печально проговорил молодой человек. – Бабушка Ани Нефёдовой умерла несколько дней назад.

– Печально. – Глаша шлёпнулась на табуретку. – Ты Анне Михайловне позвонил?

– Конечно. Собственно поэтому тебя и набрал, она попросила тебя в больницу заехать, посмотреть на девочку.

Потом Глаша машинально мылась, ела нарядную яичницу и тёплые гренки с сыром под весёлый перелив маминых рассказов. При этом всё время думала о том, что пришлось перенести бедной девочке и что теперь, после периода реабилитации, ей придётся поселиться в детском доме.

Родственников у Ани не было. А Нефёдов из тюрьмы выйдет нескоро, да и никто ему больше не доверит опеку над девочкой.

Глаша даже порадовалась, что она сейчас не одна, иначе ей было бы совсем тошно от собственного бессилия и невозможности хоть что-то сделать для этого ребёнка. Конечно, в будущем девочка будет больше чем богата, но до этого светлого времени нужно как-то дожить.