Потерянные во времени

И Нике приходилось довольствоваться старенькой чугунной чашей, гудением газовой колонки, тоже прожившей уже не один десяток лет и весёленькими картинками, наклеенными для того, чтобы придержать отваливающийся кафель.

Лейка душа прыснула бодрящим кипятком, потом выправилась, и вода смыла с печальных плеч женщины хмель тоски. Ника закрыла глаза, постепенно накапливая внутреннюю радость и готовясь к приходу мужа. Так она делала всегда после очередного грандиозного скандала. Зачем было копить в себе бесконечный хлам гнева, нужно было просто отпустить его наружу и признать себя виновной во всём, что произошло, а потом наслаждаться ролью примерной жены и хозяйки.

Сейчас Ника даже не могла вспомнить с чего всё началось. Женщина задумчиво растирала себя полотенцем и пыталась понять. Она шевелила губами силясь оживить картину, но в памяти никак не всплывал момент, который послужил детонатором.

Сначала Вадик страшно разозлился, что она с утра не при той температуре постирала его новый любимый свитер.

Потом Ника целый день раздражала его только одним своим присутствием, а под вечер ужин оказался, мягко говоря, несъедобным. Хотя Ника считала, что нежные куриные кнели и картофельное пюре с грибной подливкой были очень даже вкусные. Ах да! Последней каплей было то, что она купила не ту марку пива, которую предпочитал Вадик.

Ника заулыбалась и, выйдя из душа, бросилась к шкафу. Здесь хранилась заветная бутылочка игристого, которую ей подарили благодарные родители ученика и она берегла её на празднование Нового года.

Сейчас, когда хотелось, чтобы всё вернулось в своё уютно-бытовое русло не жалко было откупоривать эту красоту.

Пока Ника разбирала пакеты на нижней полке, она вдруг зацепила какую-то коробку из плотного картона и вспомнила, что давным-давно Нора вручила ей подарочный сертификат, и она выбрала себе небесной красоты бельё и всё берегла для особого случая, который почему-то никак не наступал. Ника аккуратно отложила крышку, развернула тончайшую бумагу и растянула на руках невесомую ткань.

Озорная мысль, что именно сегодня это бельё сыграет свою роль, мелькнула ярким озарением, и Ника побежала к зеркалу. Немного косметики, яркая, как любил Вадик, помада и вот уже перед зеркалом крутится красотка Ника, а не то выползшее из спальни создание, которым она была ещё полчаса назад.

На всякий случай она зашторила окна, а то уж слишком близко были окна неспящего соседнего дома, а развлекать соседей в её планы не входило.