Магистрали мёртвых

Я снял часы с руки… Затем я вышел оттуда с запчастями… Потом я вернулся за часами, но их уже нигде не было… стыбрили… Это было в селе, в котором располагалась главная контора агрохолдинга… Я шёл от склада до комбайна… под ногами была какая-то светлая, почти белая пыль… стояла жара… самая середина лета… середина летнего, жаркого моря, полного беспечности и никуда тебе не надо бежать… тёплая пыль и впереди вся жизнь… Впереди был виден ток… оттуда летела пыль и мякина… это было в Хохлово… те мгновения утекли очень быстро…

Из мгновений ушедших дней я чётко помню звук заведённого трактора где-то вдали, в зарослях лощины и я будто видел как фундук падал с веток и стучал по кабине трактора; а сухой сук пробил бак… этот звук был почему-то грустным и вся осення грусть была в этом звуке и даже осеннее, вечернее крёханье глухаря, садящегося на ветку и звуки, сопровождающие олений гон… краска на баке и кабине отдиралась и под солнцем выцвела… и тот момент, когда я услышал тот звук запомнился мне навсегда… то место, там где был тот трактор говорило мне о какой-то тайне и любви… там было эхо будто в тайге, обители тетеревов и фазанов… Какая-то неведомая, таинственная богиня была в этих звуках трактора и мгновений, минувших тех дней, и она уходила навсегда… с тирсом из лещины… мне казалось, несмотря на анахронизм, что я там говорил с Волковской о любви…

Ночью под луной земля между зданиями тракторных мастерских была будто лунным грунтом…

Я лежу в ванне… Где-то запах из силосной ямы в моём воображении предстал в виде красивой брюнетки… Брюнетка с вьющимися волосами и мой взгляд остановился на её чёрном белье ниже пупка… у неё маленькая, тонкая корона из платины… загар её ягодиц… чёрное бельё, кукурузные листья, пожелтевшие колышет ветер… Что-то обжигает сердце…

И вечерний ветер с поля увёл мой взгляд на небо… там под луной летел самолёт… мигал огонёк синий и красный… он описал дугу и был над моей головой… я хотел быть не под этим самолётом, а сидеть в нём и видеть из его окна всю подлунную… Это было вчера… вчерашний полёт самолёта…

Стены, облицованные кафельной плиткой смотрели на меня и были мокрыми… Шум на поле прекратился… заглохшие поля, погружались всё глубже в печаль…

С потолка спускался большой паук с яркими жёлто-чёрными полосками… его вид говорил о том, что он весь есть яд…

Паук-оса упал на меня.