Седьмая девочка на седьмой веточке

Все, что принести тебе велела, давай! – забрав пакет, Ева зашла в дом.

– Нин, ты обратила внимание на ее глаза, они же синие! Слушай, а фигура? Да с ее фигурой за девчонку двадцатилетнюю сойти можно. Вон, талия сантиметров шестьдесят… А ведь ей хорошо за сорок, не меньше. А я на диетах, да на диетах, а все равно прет в разные стороны! – рассуждала Татьяна, отчаянно дергая молнию у ботинка.

– Тань, да нормальная у тебя фигура!

– Хорошо тебе говорить! Всю жизнь, сколько тебя знаю, в подростковых отделах вещи покупаешь.

А я уже с пятидесятого на пятьдесят второй перешла. Слушай! Это ж Светлана Игоревна виновата, свекруха моя, наверное, на меня порчу наводит. Точно, а я думаю, чего меня распирает!

Хихикая и переговариваясь, подруги зашли в комнату, где их ожидала Ева.

Замявшись, как семиклассницы перед чем-то запретным, но желанным, Нина с Татьяной остановились в дверях.

– Садитесь на диван, чего в дверях встали?

Подруги прошли к продавленному, но застеленному чистым покрывалом дивану.

– На что погадать тебе? На жениха, на удачу, на любовь? Или, может, судьбу наперед знать хочешь, а? – Ева рассматривала свое кольцо с черным камнем.

 – Решила?

Синие глаза цыганки на мгновение стали черными, камень в ее кольце поймал блик лампочки, создалось впечатление, что в комнате появился кто-то еще. Нина поглубже вдохнула, как будто собралась нырять, откинула со лба челку, и быстро проговорила, на выдохе.

– Я хочу знать все, что ждет меня в ближайшем будущем!

– Хорошо. Сними карты с колоды к себе.

Когда буду раскладывать – обе молчите, спрашивать будете, когда разрешу. Все поняли? – часто закивав головами, подруги, как завороженные, уставились на танец рук Евы.

Одна за другой карты падали на стол. Короли, дамы, шестерки, разные масти, все выстраивались в узор на скатерти. Кольцо на пальце Евы блестело, казалось, что камень уже не черный, а красный, в тот же миг он менял цвет на глубокий синий и вновь становился черным. Кажется, что прошел час, а может и полдня. Время как будто запуталось и не знало, в какую сторону ему двигаться.

Наконец, руки цыганки остановились. Ева молча, не мигая, смотрела на карты, казалось, что она не здесь. Татьяна с Ниной ошарашенно смотрели поочередно то на карты, то на гадалку, боясь пошевелиться. Ева, закрыв глаза и тяжело выдохнув, убрала со лба волосы, медленно заговорила.

– Я давно не видела, чтобы карты столько рассказывали. Они тебя ждали…

Нина силой воли остановила порыв засыпать Еву вопросами.