Под лондонским дождём

У неё в запасе осталось последнее оружие, которое она могла использовать против него. Показать мужу, какой он бессердечный и как плохо поступает с ней.

Мишель быстро-быстро захлопала ресницами, и по щекам медленно потекли слезы. Затем она чуть всхлипнула, не сводя глаз с Алана.

– Не говори так со мной, пожалуйста, – прошептала Мишель подавленным голосом.

Алан с испугом и сожалением во взгляде крепко обнял Мишель за плечи и сильно прижал к себе. Тайное оружие попало в цель и произвело нужный эффект.

– Прости, я не хотел тебя обидеть, – нежно проговорил он своим мягким, красивым голосом и поцеловал жену в волосы.

Всё, победа была за ней. Она выиграла, она снова выиграла. Мишель, продолжала всхлипывать, но внутри ликовала и одновременно была в смятении.

Она впервые почувствовала угрозу их семейной жизни, её образу жизни. В этот момент она стала потихоньку осознавать, что никогда не сможет позволить себе быть собой.

Алан действительно не потерпит её легкомыслия, и тогда наступит конец.

Мишель совсем не хотела терять мужа, положение в обществе и начинать строить заново жизнь своими силами. Развод с Аланом был бы для неё настоящим апокалипсисом. Она была уверена, что никто её больше так не полюбит и не оценит, как он. Потому что для Алана она являлась единственной женщиной, а для других мужчин – была и будет всего лишь одной из многих. Этот факт плотно засел в её голове.

Теперь ей придётся подавить навсегда ту самую беззаботную и азартную Мишель, какой она была раньше, с огромной любовью к себе и свободе, иначе она потеряет всё.

С этого момента она должна научиться всегда следить за своим поведением и оставаться такой, какой хочет видеть её Алан. Для неё это означало идти против самой себя. Вот такие условия она должна будет соблюдать за то, что имеет.

«В этой жизни за всё надо платить. Ничего не бывает просто так», – грустно подумала она.

И продолжая тихо всхлипывать в объятиях Алана, она размышляла, размышляла и размышляла.

– Дорогая, успокаивайся. Хочешь, поедем в ресторан ужинать? – предложил Алан, с милой улыбкой заглядывая в заплаканное лицо жены.

Он не мог вынести этой сцены. Чувствуя себя виноватым, хотел побыстрее развеселить жену и сделать ей приятное.

Мишель по-детски закивала головой, вытирая рукой слезинки с лица.

Алан нежно поцеловал её в губы и прошептал:

– Как насчёт японской кухни?

– Да, – снова закивала головой Мишель.

– Тогда иди, собирайся.