Стихия. Пламя Элисара

Было видно, что парень даже запыхался, так торопился выполнить поручение. Да, дисциплина у Юса железная.

Юс забрал из его рук плети и одну передал мне.

Было отдано ещё несколько приказов, после чего нам принесли корзину дынь, старых колотых горшков и охапку круглых поленьев.

Всё это было торжественно выставлено на деревянном столе, чуть в стороне от тренирующихся.

Юс подошёл к этому натюрморту поближе, перехватил плеть поудобнее, резко замахнулся… Свист и короткий щелчок. В ту же секунду одна из дынь разлетелась на мелкие кусочки, словно её взорвали изнутри.

Ещё один удар – и горшок превратился в горку осколков. Далее он перешёл на аккуратно расставленные поленья. Виртуозно обхватывал их концом плети и швырял в манекен, предназначенный для упражнений с колющим оружием, каждый раз целясь точно в голову.

– Замах, ускорение, удар! Задавай направление как можно точнее. В конце резко тормози, это даст большую силу удару. Должен получиться вот такой щелчок!

Он замахнулся, и плеть издала характерный звук.

Очередной горшок разлетелся на куски.

– Чтобы захватить предмет, делаешь замах, руку вытягиваешь вслед за плетью и в конце чуть дёргаешь обратно на себя, тогда она сделает обхват. Не переживай, если сразу не получится, со временем руку набьёшь. Ты должна почувствовать их движение, словно они продолжение тебя самой, часть твоей руки…

Вот так!

Он продемонстрировал всё сказанное, и другой горшок полетел всё в тот же злосчастный манекен.

– Ну, кидаться будем учиться чуть позже, для начала освой удар и захват.

Я в нерешительности посмотрела на свою плётку в руке.

Глядя на него, это казалось абсолютно легко. Но я быстро поняла, как обманчиво было это впечатление, когда пришла моя очередь.

– Делаешь всё, как я тебе сейчас показал. Пробуй, учись, – сказал Юс, в процессе продолжая швырять в манекен поленья. А всё тот же Норт умудрялся снова аккуратно расставлять их на столе, рискуя попасть под обстрел деревяшками.

 – Мне нужно отлучиться. К вечеру приду, проверю. Всё поняла?

Я быстро кивнула, и он, на ходу бросив кому-то краткие указания, удалился, оставляя меня с новой партией аккуратно расставленной домашней утвари.

Несмотря на все старания, выходило у меня из рук вон плохо, но я продолжала махать плетью с завидным упорством. Она откровенно отказывалась слушаться и норовила достать свою хозяйку. Правильно я тогда сказала Травлу: я сама себя быстрей прибью.