Огонь каждому свой

Но он ничуть не изменился после его освящения, только со временем немного усох. Где тут можно разглядеть Тело Христа?

–– Встаньте, послушник. С каких слов должно начинаться предложение?

–– Magister dixit – Учитель говорит…

–– Правильно! Ученик не должен сомневаться в том, что принято Святыми Отцами за истину. Во всём есть видимые и невидимые субстанции. В Тело Христово превращается лишь Евхрастия субстанции хлеба, а вторичная сущность – акциденция, остаётся прежней, это сам хлеб. Это и означает «Не хлебом единым».

–– Как же мы можем это познать, если невозможно сие ни увидеть, ни пощупать. Неужели всё вечно будет держаться на авторитете Святых Отцов? Вот, Николай Коперник говорил, что все тела от Бога обладают притяжением друг к другу и вместе образуют сферы и шарообразные формы, и я видел это сегодня во дворе – каждая капля воды стремилась принять форму шара…

–– Бруно, – раздался голос с задней парты, – а девственность своей Софии ты тоже на опыте будешь проверять?

И весь класс залился смехом

– Неправда! – защищался юноша, – у нас Платоническая любовь!

– Цыц всем! – Гаркнул учитель Фабрицио, – сквернословы! Вот сойдёт на вас грешных геенна огненная!

Филиппо выбежал из класса.

– Вот ещё! И они туда же! А метят в святые, и наверняка попадут в них!

Он вбежал в келью и снял висевшие на стенах иконы святых. И тут взор его остановился на Распятии:

– Вот Он – единственный Царь Царей, Властитель мира и Вселенной! Я поклоняюсь только ему!

За Софию было не стыдно. Ведь была же у Данте Беатриче! И его София будет чиста и невинна, а любовь их будет не иначе, как платоническая… Горько зарыдав, он не заметил, как заснул у себя в келье…

Очнувшись, Бруно вспомнил, как на столе учителя однажды прочитал школьную инструкцию:

«За студентами надо установить тщательный надзор… студенты не должны изучать языческие, философские книги, предаваться светским наукам и теми искусствами, которые называют свободными…».

Но всё запретное притягивает ещё больше. Книги читались, прятались в укромных местах, и делились ими с немногими. Напускное благочиние, в которое облачались некоторые молодые ревнивцы устава и правил, скрывало, порой обычную зависть к не таким, к более развитым и умным. Но что вырастет за спиной – горб или крылья, зависит не от учения, а от самого человека…

Глава 4. Доктор теософии

Из коей становится ясно о том, как монах Джордано Бруно, готовый уже стать Доктором Теологии, вынужден бежать из монастыря. Рим.