Королевство ангелов

Хоть я и согласилась стать его невестой, но при условии сохранения нашего дружеского договора.

? И он согласился. Какой же он все-таки заботливый человек. Сейчас мало таких людей можно встретить. Для многих важна только выгода.

? И для меня тоже, матушка. Я не хочу становиться безвольной женщиной за спиной Шейдена. Это рабство, а не жизнь.

Эвагвелия понимала свою дочь, разделяла ее истинные чувства. Но сделать что-то ради нее не могла, как бы ни старалась повернуть ее жизнь в лучшую сторону.

Но что она понимала под лучшей стороной для нее? Наверное, то, что считала удобным для себя. Поэтому Эвагвелия не хотела вмешиваться в судьбу своей старшей дочери, согласившись лишь однажды повлиять на ее жизнь, согласившись с мужем выдать ее замуж за графа.

Полюбить человека можно, она знала об этом на своей личной истории, но ее дочь никогда не сможет принять подобную историю жизни. Мы не будем долго задерживаться с вами здесь, поэтому последуем дальше по закоулкам гостеприимного поместья Миллиал.

За завтраком царил шум. Все обсуждали предстоящий день и надеялись на него, как на последний в своей жизни. Прислуга гоготала за дверями о том, как прекрасно смотрятся вместе граф и их добрая Солия. Кто-то удачно менял тему о великом будущем Делии, приписывал ей звездное величие и славу. Конечно, никто не мог сомневаться в успешном и счастливом будущем сестер.

Дориан наконец-то выведал у графа о его домашних заботах и был рад тому, что Шейден страстно любил розы.

Глава семейства считал, что именно любовь к подобным нежным и хрупким созданиям божьим воспитывает в человеке подобное отношение к людям. Шейден мог только дивиться восторгу хозяина поместья и продолжать радовать его своими фантастическими, но скучными для девушек, рассказами о ведении кофейного бизнеса за рубежом.

Когда время завтрака вышло, Солия и Шейден поблагодарили семью и поваров за чудесный ужин и направились из поместья, утаив то, что они идут в молчаливый темный лес, который матушка называла Мертвым.

Оказавшись на улице, парочка стремглав понеслась по чистому полю, взявшись за руки, как невинные дети лет по двенадцать. Мягкая трава под их туфлями казалась подушкой, смягчающей их бег по черной сухой земле, которая в этой местности прославилась своей твердостью и неподатливостью.