Олимп

После долгих поисков они нашли то, что понравилось им обеим – небольшую рощицу недалеко от Эфеса с очаровательной речушкой, гротом и мягкой, шелковистой травой, усыпанной нежными белыми цветами. Над речкой тихо перешептывались с ветром серебристые листья молоденьких ив, неподалеку, как будто оберегая их, шумели величественные дубы и гордые кедры.

Решив, что это место – идеально, две богини созвали всех обитавших здесь нимф и дриад, объявив им, кому теперь посвящена эта роща. Сделав все, что задумывали, она вернулись на Олимп.

– Вот вы где! – встретил их возле ворот Гермес. – Афина, Зевс уже заждался тебя. По-моему, он сердится.

Царь богов, который стоял возле своих чертогов вместе с Аресом, встретил богинь хмурым взглядом.

– Афина, как это понимать? Куда ты пропала? Я не знаю, где ты, когда вернешься, а ведь нам нужно обсудить несколько важных конфликтов!

Паллада в ответ лишь безнадежно махнула рукой.

– Все вопросы к Афродите, а мне нужно к Гераклу. Нас ждет схватка с Лернейской гидрой. Скорее всего, он уже вовсю с ней сражается.

– Почему же ты не сказала, что торопишься? – удивилась Афродита.

– А что бы это изменило? – усмехнулась богиня войны и направилась к своему дворцу за оружием и доспехами.

– Мы нашли священную рощу и животных для Артемиды, а еще попросили Гефеста сделать для твоей дочери колесницу, – обезоруживающе улыбнулась Афродита, отвечая на немой вопрос Зевса.

Громовержец рассмеялся – он никогда не мог серьезно сердиться на богиню любви.

– Да, дело действительно важное.

Ну, раз так, я спокоен, теперь у Артемиды есть все, что ей нужно.

Покачивая головой и усмехаясь, он ушел во дворец. Арес насмешливо посмотрел на Уранию.

– Умеешь же ты находить важные дела.

Афродита стрельнула в него глазами.

– У тебя свои дела, бог войны, у меня – свои.

Он резко привлек ее к себе.

– Тогда как насчет любви, а?

– Ты грубый мужлан, – проворковала ему на ухо Афродита, выскользнула из его крепких объятий и ушла, гордо вскинув голову.

Арес хотел было догнать ее, но не стал.

Пенорожденная любила дразнить его, манить и отталкивать, а он ничего не мог с этим сделать – Афина зорко следила за своей подругой, она ни за что не даст ее в обиду. Да и сама Афродита вовсе не была беззащитной овечкой, и когда это было нужно, она выпускала острые коготки. Вздохнув и погрозив вслед богине кулаком, Арес вскочил в свою колесницу, запряженную свирепыми волками, и улетел выплескивать в битве накопившееся раздражение.