У меня есть клон без имени

Ничего, кроме нашего дома не осталось от наших родственников. Мы ничего не знаем о наших предках, поэтому родители решили, что неведенью должен придти конец. Вот поэтому мы с сестрой ведём личные дневники.

Свой я иногда могу забросить и не возвращаться к нему месяцами, а бывает, случается, что месяцами я каждый вечер или утро записываю в него всё, что произошло со мной. Мой дневник никто никогда не читал. Только один раз я разрешил его полистать своему двойнику. Ну так, чтобы он понял, как надо вести дневник.

Я сказал, что для него это будет правда очень полезная практика. Он послушался меня, но попросил пример дневника. Дневник сестры я ему не дал, пришлось притащить свой.

Так вот, я очень давно не делал записи в своём дневнике, думаю, за пару дней я восстановлю все события, которые недавно произошли со мной и расскажу, что это за двойник такой и почему я снова живу в доме родителей.

Запись сделана 02.07.2022 г.

В автобусе было как никогда душно, а у меня ещё полчаса впереди, чтобы окончательно сжариться здесь.

Автобус катил меня к остановке, которая располагалась на родной мне улице. Недалеко находился дом моих родителей, откуда я съехал всего пять лет назад. Но месяц назад случилось непредвиденное: родители и сестра попали в авиакатастрофу, и я остался один. Бесповоротно. Существовать мне пока не очень хотелось, но я был вынужден.

Деньги, дом и всё, что было в нём, переходило ко мне, но я не хотел иметь со всем этим дело. Я думал так: продам дом, а вещи, какие захочу, оставлю себе.

В автобусе я чуть не заснул. Глаза закрывались сами собою, я уже почти не слышал, что выкрикивает контролёрша.

В таких местах, где меня укачивает, меня постоянно клонит ко сну. Да меня в принципе постоянно клонит ко сну, потому что я так устроен: предположительно, я жаворонок, так как по утрам всё же встаю более менее легко, но вот залечь спать я могу в любое подходящее и неподходящее время.

Пока ещё ночь, меня невозможно разбудить.

Из-за того, что будильники меня не прошибают, меня всегда будила мама, а потом она попросила об этом сестру, потому что у неё перестало получаться.

Пару ударов подушкой по голове и я бодрецом.

Мне один раз сказали, что это наследственное, это я снова про то, что меня трудно разбудить. Якобы моя прабабушка, если официально, Виктория Павловна, тоже жила с такой проблемкой. Но как она с ней боролась, никто сказать толком не может.