Душа демона. Инверсия

– Мне только аннигиляции в доме не хватает, – скользнула в голове неприятная мысль.

Несколько часов к ряду, забыв об усталости, Данил обрабатывал раны высшей. Повезло, что гибриды не добрались до лица Леонтайн. Мага и так подташнивало от вида крови. А если бы пришлось зашивать укусы и там, то, чем бы это кончилось, сказать было сложно. Заблаговременно он ввел демонице обезболивающее и хорошую дозу снотворного. Данилу не хотелось, чтобы Леонтайн очнулась в самый неподходящий момент. А так как многие раны были воспалены, пришлось воспользоваться сильным антибиотиком.

И если на первые препараты организм высшей отреагировал стандартно, – несмотря на болезненные операции, которые производил маг, в себя она не приходила и лежала на столе спокойно и неподвижно, – то противовоспалительное средство вызвало странную побочную реакцию. Через пару минут после инъекции демоница вдруг распахнула глаза, полностью затянутые чернотой. Все ее тело напряглось, мышцы окаменели, а скулы, там, где обычно проступали знаки Каэра, стали светиться.

Некоторое время понаблюдав за необычным явлением, Данил махнул на него рукой и продолжил обработку ран.

Подобное свечение – ерунда. Наверно… По крайней мере, на взгляд мага, это было лучше, чем столбняк или бешенство, которые можно было подцепить от гибридов. К счастью, вирусы человеческого мира демонам не передавались. Так утверждал Элир. Хотя, глядя на Леонтайн, у мага чесались руки вколоть ей препарат от чего-то подобного.

В общем, результатом непростой работенки стала живая мумия, в которую превратилась высшая. Все ее тело практически целиком теперь покрывали бинты. И наблюдая эту картину, Данил невесело улыбнулся. – Димка оказался недалек от истины: «…склеп для Нефертити».

– А кто такая Нефертити? – Внезапно послышался вопрос.

Мужчина резко вскинул голову и увидел племянницу, сидящую в пижаме на верхней ступени деревянной лестницы. Оттуда ей все было прекрасно видно.

А вот маг девочку не замечал до последнего, сосредоточившись на Леонтайн.

– Ты почему не спишь?! – Часы показывали семь, и Данил не ожидал, что Соф так рано проснется. Обычно малышка любила поспать.

– Она очень громко «кричит», – ответила племянница, глядя на демоницу. – Ты делаешь ей больно.

Маг перевел взгляд на Леонтайн. Ее бледное лицо было спокойным. Однако незримое напряжение, пульсациями исходящее от высшей, подтверждало слова Соф.