Душа демона. Оверсолд

Тело онемело от ужаса и понимания того, что даже тройной контур не сможет его сдержать. И все же так просто сдаваться она не собиралась.

Собрав жалки остатки невозмутимости, Кьяра попыталась подключиться к трещащему по швам защитному полю. В его структуре сейчас было множество разрывов, но каркас пока еще держался, и его можно было усилить за счет собственного резерва. Чувствуя мощнейшее давление демона на магическую конструкцию изнутри, ведьма направила максимально сильный поток эфира к контуру.

К сожалению, ее волнение крайне негативно сказалось на концентрации. Энергия стала распределяться по полю неравномерно, создавая точки избыточного напряжения. И в результате внешний рубеж защиты не выдержал и, громко хлопнув, распался мелкими прозрачными лоскутами.

– Ты все же решила помочь мне выбраться? – Довольно усмехнулся демон и рывком вогнал когти в остатки хлипкого щита. Вокруг его пальцев стало расплываться сизое пятно, а поверхность контура деформировалась, обозначая скорое его разрушение.

Глядя на свой ставший реальностью кошмар, девушка в ужасе попятилась. А кошмар продолжал неизменно ухмыляться, разрывая острыми когтями истончающуюся с каждым мгновением преграду. Под его руками рассыпались молнии. Защитное поле сопротивлялось натиску из последних сил. Но демон оказался сильнее! Одним резким движением он вспорол оставшиеся магические нити, уничтожая последние рубежи защиты. Громкий хлопок вновь ударил по ушам, и высший с заметным облегчением выдохнул.

– Контур неплох, моя сладкая, но я тебе не по зубам, – он медленной поступью двинулся к ведьме, пристально сверля ее взглядом.

От магического истощения и непередаваемого страха Кьяру замутило, воздуха стало не хватать, а в глазах заплясали черные мушки. Накатила предательская слабость, и девушка, отступая, споткнулась, теряя равновесие.

И тут же, пугая своей стремительностью, демон шагнул к ведьме на встречу, подхватил ее на руки, и, совершенно не замечая паники в лазурном взгляде, тихо, с легким придыханием, прошептал:

– Ты вкусно пахнешь.

Его дыхание обжигающим дуновением коснулось женской шеи, вызывая еще большую слабость и дрожь во всем теле. Кьяра дернулась в попытке освободиться, каждую секунду ожидая удара острых когтей. Однако прикосновения теплых рук, ставших внезапно абсолютно обычными, человеческими, вызвали не боль, а вновь возрождающееся притяжение.