Дневник дылды: танцы продолжаются!

Я аж поперхнулась от наглости, её ничего не смущает? Меня, похоже, никто не заметил, так как в следующую секунду раздалось самое ужасное:

– Я тоже! – уже хочу подойти и дать хорошего подзатыльника этому Казанове, как меня останавливает звук приближающихся шагов.

– Марго, отстань от него и пойдём домой, – спокойно произнёс подошедший Марк, стряхивая с куртки снег. Заметив меня, русоволосый приветственно кивнул. – Прости, что припёрлись, но она требовала проводить «свою любовь», – устало выдохнул парень и показал пальцами кавычки.

Меня даже затошнило от поведения друга.

– Ладно, я его забираю, – встав под руку шатающегося Лёши, сказала я. Только хочу отвести его в номер, как понимаю, насколько он тяжёлый. – Марк, нужна помощь, – нервно прохрипела я, чудом удерживая равновесие.

Русоволосый быстро подскочил под второе плечо, забирая весь вес на себя. Он быстро положил уже спящего Яковлева на его кровать, а сам развернулся ко мне.

– Так, осталась последняя, – произнёс явно уставший парень и кивнул в сторону распластавшейся по полу девушки.

 – Да что же мне так с сёстрами не везёт?

– С сёстрами? Рита – твоя сестра? – в шоке спросила я и ещё раз оглядела отключившуюся обладательницу ярко-зелёной шевелюры. – Погоди, ты говорил, что познакомился с ними пять – шесть лет назад.

– Да, мы неродные, – объяснил русоволосый и поднял на руки заснувшую особу. – Несколько лет назад моя мама вышла замуж за её отца, с тех пор моя жизнь осложнилась из-за неё, – без капли злобы рассказывал Марк.

Даже удивительно, как такой спокойный парень может терпеть выходки сводной сестры?

– Так вот почему ты так сильно от них отличаешься, – сама с собой рассуждала я и только потом поняла, что сказала это вслух. – Прости, – в ответ на мои извинения, Марк лишь рассмеялся и поудобнее перехватил тело в руках.

– Я знаю, что отличаюсь от них, – признался русоволосый и кивнул в сторону Лёшиной спальни. – В обычной жизни никогда с ними не встречаюсь по собственному желанию, но на подобных концертах приходится присутствовать.

Родители боятся, что их любимую дочку обидят, но вместо того, чтобы запретить ей куда-то ходить, они приставляют меня в качестве охранника.

– Мне жаль, – искренне произношу я, но не вижу никаких отрицательных эмоций на его лице. Марк улыбнулся.

– Всё хорошо. Советую оставить на тумбочке стакан воды, утром это его спасёт, – подытожил парень, вместо прощания, и направился по коридору с Ритой в руках.