Сопротивляйся

Я реагирую на автомате, проваливаясь в него и читая:

«Когда у него будет готов загранпаспорт?»

Мне требуется меньше секунды, чтобы розовые облака в голове развеялись.

Не помню, когда он писал мне в последний раз. Пару месяцев назад, это точно. После нашего последнего скандала мы общаемся через его мать, через его водителя, через его секретаршу.

Сегодня его слишком много.

Поджав губы, печатаю:

«Через две недели».

Решаю не задавать никаких уточняющих вопросов, но спустя минуту понимаю, что стою посреди комнаты, ожидая продолжения.

Но его не следует.

Это бесит гораздо больше, чем любимый мультик сына, весь день стоящий на повторе.

Он даже ничего не сделал, а я уже завелась.

«Это значит, нет (?», – пишет мне Камиль, о котором я забыла.

«Я свободна в следующую пятницу», – пишу ему.

«В то же время. Я буду на месте», – отвечает он.

Вот и отлично.

Глава 3

Оля

– Оля? – слышу осторожный вопрос за спиной и оборачиваюсь, нос к носу сталкиваясь с эффектной блондинкой в норковой шубе, замшевых сапогах-гармошках на шпильках и зеленой бейсболке с брендовым логотипом на лбу.

Очень стильно.

В отделе бытовой химии городского гипермаркета она выглядит настолько инородно, что стоящий рядом мужик ставит бутылку стеклоочистителя мимо полки.

Даже несмотря на ее шпильки, мой рост позволяет нашим лицам находиться на одном уровне, и от такого близкого контакта мои глаза расширяются.

– Маша? – присматриваюсь к лицу, на котором сильно изменилась форма носа.

Пухлые губы, узкий прямой нос, скулы тоже заострились…

– Обалдеть… – осматривает меня с головы до ног бывшая одногруппница. – Прие-е-ет!

С радостным писком она обнимает мои плечи, взволнованно смеясь.

Меня встряхивает не меньшая радость, отдаваясь приливом счастья в сердце. Обнимаю ее в ответ, и мы качаемся из стороны в сторону, как неваляшки.

Запах ее духов повсюду. Так пахнут только оригинальные духи, которые прибыли из-за границы.

– Машка… – смеюсь, отстраняясь.

Она выглядит как рублевская жена. С полным набором белоснежных виниров и ламинацией волос.

Я действительно шокирована.

– Это пластика, – отмахивается Маша. – Любимка моя… – восклицает на эмоциях. – Дай на тебя посмотрю…

На первом курсе мы были не разлей вода. Везде таскались вместе. Она свела мою девичью фамилию Любимова к «Любимке», потому что имела склонность к уменьшительно-ласкательным прозвищам, которые давала всем подряд.